Когда Новак сел в авто, Михаля еще не было. Сидевший за рулем Йозеф был готов уехать без него, но вскоре тот объявился изрядно побитый и измотанный. Гречук, развернувшись с переднего сиденья, собирался расспросить его о случившемся, но внезапно переключился на Новака.
— У тебя кровь на куртке, — он указал на правую руку. — Ранен?
Будучи захваченным волной адреналина Алес не обратил внимания на пострадавшую конечность. Придя же в себя, он ощутил боль в полной мере. И пусть такое случалось с ним не впервые, он с трудом не поддался панике. Логическая цепочка из воспоминаний от калеки-наркомана до позитива-болгарина привела его к почти безумной мысли попытаться залечить рану самому. Алес задумался, пытаясь восстановить в памяти строфы исцеляющего заклинания. Слово за слово — выходило приблизительно следующее:
— Имеющий уши, да услышит. Имеющий глаза, да увидит. Дано было слово: санитатум (3) Кто имеет, тому дано будет и приумножится, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет…
Осекшись на середине, Новак поднял глаза на своих спутников. Выглядели они, мягко говоря, озадаченно. Гречук, поначалу встревожившийся, теперь, округлив глаза, сидел, открыв рот и не в силах вымолвить ни слова. Йозефу стоило огромных усилий сохранить адекватность и не ударить по тормозам. Наиболее бурно отреагировал Михаль.
— Ты что творишь?! — проорал он.
— Лечусь, — ответил Алес, все так же вспоминая.
— Ты спятил?! Это же благословение!
— Я в курсе. Успокойся ты. Я из-за тебя сосредоточиться не могу.
Леслав, все еще молча наблюдавший за Новаком, вздохнув, кивнул и отвернулся. Видимо взвесив все обстоятельства, он решил для себя, что и такое допустимо. Вдобавок, он всем своим видом пытался показать, будто знает, что делает, так что остальным пришлось просто смириться.
Самолечение оказалось крайне неприятным и не слишком успешным. Кровь остановить удалось, но рана затянулась не полностью и приобрела вид двух-трехдневной давности. Пришлось воспользоваться автомобильной аптечкой, чтоб перевязать ее. Тем не менее, факт оставался фактом, Алес использовал заклинание позитивов.
Переговоры должны были состояться в отеле Ла Конкилья, расположенном на побережье. Место и время их проведения были весьма сомнительны. Вскоре Алес вместе с остальными окончательно разуверился в их успешности.
Рудкевич припарковался у кофейни метрах в трехстах от гостиницы. Не близко, и каждый понимал почему. Даже без особых способностей было очевидно, что в радиусе километра от них число позитивов раз в пять превышает число обычных людей. В этой массе заклинателей и их адептов, ауры дипломатов и негативов, охраняющих их выглядели особенно слабыми и ничтожными.
— Мы спятили, — Леслав тяжело вздохнул. — Впереди — верная смерть.
— Не думаю, что у нас есть выбор, — мрачно заметил Йозеф. — Нас уже заметили. Даже если попытаемся уйти сейчас, ничего не выйдет.
— Все должно было быть иначе! — негодующе воскликнул Михаль. — Это же дипломатическая встреча, черт возьми!
— Да нет, — сглотнув ком в горле, горько возразил Алес. — Все вполне ожидаемо. И если принять во внимание то, что я видел на границе, то все происходящее есть официальное объявление войны.
Алес сцепил пальцы, чтобы унять нарастающую дрожь в руках. Он чувствовал, как его решимость слабеет с каждой минутой, уступая место страху. Опустошающая уверенность в том, что им не выжить, укреплялась в его сознании. Еще секунда и он готов был уступить панике, начисто позабыв обо всех трудностях, что уже успел преодолеть. Однако сидевший рядом Михаль вывел его из оцепенения, со злостью передернув затвор Беретты.
— Нет такой силы, способной убить негатива, кроме его собственной глупости, — сказал он твердо. — Я не глуп, так что нет причин трястись за свою шкуру.
В голосе Ковальчика не было ни страха, ни ложного пафоса. На миг Новак почувствовал укол совести. В конце концов, по его инициативе все они находились здесь, так что нужно было действовать.
— Я бы назвал путь в Ла Конкилья дорогой в один конец, — после непродолжительных раздумий сказал Йозеф. — То есть войти туда мы сможем беспрепятственно, а вот уйти нам вряд ли удастся.
— Все, что нам нужно, это разыскать наших коллег, сопровождающих дипломатов, — возразил Леслав. — Вовсе необязательно ввязываться в драку с каждым встречным позитивом.
— Думаете, девушка — в отеле? — в нетерпении спросил Алес.
— Держать ее там было бы глупо, — сухо ответил Михаль. — Она где-то в пределах досягаемости, охраняется людьми или двойными агентами-позитивами. Из отеля связь с охраной поддерживается через спутник.
Гречук кивком подтвердил слова Михаля.
— Свяжемся с охраной девушки, узнаем о их местонахождении и остановим обмен.
На словах план был весьма перспективным, но каждый понимал, что любая мелочь может привести к провалу.
