Я заметил, как из леса выбежала Волчья стая, возглавляемая невероятным серебристым Волком с мехом, ярким, как лунный свет. Я последовал за ними, бесшумно пролетая над их головами, пока они направлялись в тропическую часть леса, поднимаясь к скоплению сверкающих скальных бассейнов.
Они начали превращаться один за другим, и я купался в солнечных лучах на моей спине, ожидая, пока они вернутся в свои формы фейри. Серебряный Волк превратился последним, и я ничуть не удивился, когда увидел Розали. При виде ее обнаженного тела у меня вырвался стон, и я был рад, когда она отвернулась от своей стаи, когда они погрузились в бассейн, и направилась к деревьям.
Я пикировал с неба, падая как камень, и приземлился в ветке где-то над ней. Я вернулся в свою собственную форму и бесшумно опустился сквозь ветви, прокладывая себе путь вниз, предвкушение бурлило в моих венах.
Я добрался до последней ветки дерева, заметил ее, идущую в мою сторону, и присел, падая назад и свешиваясь с ветки перед ней вниз головой, удерживая себя согнутыми коленями.
Она удивленно вскрикнула, а я удовлетворенно усмехнулся.
— Привет, дикая девочка.
— Син, — выдохнула она, подходя ближе, и мой взгляд упал на ее изгибы, и из моего горла вырвался низкий рык.
— Ты должна мне поцелуй, — я ухмыльнулся, качнувшись вперед, чтобы попытаться украсть его.
Она отступила назад, нахмурив брови.
— Я тебе ничего не должна. Это ты должен мне за освобождение из ямы.
Я отпустил хватку на ветке, взмахнул руками и, используя импульс движения, перевернулся и приземлился на ноги. Во мне было достаточно роста, и я использовал его в своих интересах, приближаясь к ней, не моргая любуясь ее клубничными губами.
— Что ж, тогда я должен поцеловать
— Подними глаза, придурок, — она щелкнула пальцами возле моего лица, и я поднял голову, подбираясь ближе. Мне просто необходимо было прикоснуться к ней, понять ее желания. Я хотел зарыться в это сладкое тело. Я хотел перевернуть ее и скакать на ней, как гребаный ковбой. Но я видел, что ей нужна была прелюдия, и, к счастью для нее, прелюдия была моим вторым именем.
— Позволь мне предоставить аргументы в пользу поцелуя, — сказал я, невинно поднимая руки. — Я даже дам тебе мою майку, и не буду трахать тебя глазами в процессе.
Она задумалась на секунду, а затем протянула руку за майкой.
Я усмехнулся, достал ее из задней части комбинезона и бросил ей. Я не пропустил, как она рассматривала мышцы моего торса и татуировки на моей темной плоти. В ее глазах была боль, которая говорила о том, что она хотела исследовать меня, как карту к зарытым сокровищам. Но было ясно, что даже несмотря на желание, она не собиралась легко уступать моим требованиям.
Розали натянула белую майку, и она повисла до ее бедер. Она выглядела в ней чертовски вкусно, и у меня возникло сильное желание снова ее раздеть. Я уже был твердый как камень, но это было практически постоянное состояние, в котором я жил в последнее время.
— Я слушаю, — поддразнила она.
Я положил руку на сердце, мои глаза остановились на ней.
— Я, Син Уайлдер, торжественно клянусь говорить правду и ничего, кроме правды.
Ее рот дернулся в улыбке, но я сохранил абсолютно серьезное выражение лица.
— На днях я встретил девушку, которая предложила вытащить меня из этой непроницаемой тюрьмы, — я сделал шаг вперед, мой пульс гулко отдавался в ушах. — Она выглядела как моя идеальная фантазия, мое самое восхитительное гребаное желание. Как Инкубу, мне нужна сексуальная энергия, чтобы процветать так же, как ей нужен бег под луной, — я сделал еще один шаг ближе, и ее губы приоткрылись, когда она вдохнула мой опасный запах. Я наклонил голову ближе к моей маленькой хищнице, и мой взгляд упал на ее соски, затвердевшие под майкой. Я вдохнул, пополняя мои магические резервы ее потребностью. С тихим стоном, взял ее подбородок в свои руки и поднял ее голову вверх, встречая ее взгляд. — Ты действительно украдешь у меня луну, Розали?
Она облизала губы, и я использовал силу Ордена, пытаясь понять, чего она хочет. Я крепче сжал ее подбородок и зарычал, поскольку моя сила не дала мне никакого представления о том, какие фейри ей нравились.
— Нет, — сказала она, и мои мысли улетучились. — Я бы не стала так мучить тебя, Син.
Я наклонился, готовый брать и брать, пока она не заполнит меня, но она заговорила снова, прежде чем я успел это сделать.
— Один поцелуй — это все, что ты получишь.
Мое горло сжалось от этого вызова. Я подумал, не привело ли то, что я так долго не использовал свои дары Ордена, к тому, что они как-то испортились. Мне нужно было использовать свою силу, чтобы стать ее фантазией, тогда она не смогла бы насытиться мной. Но мне приходилось принимать этот поцелуй в своем собственном обличии. Условия не идеальные, но я все еще мог заставить ее почувствовать то, что ни один парень никогда не сможет, простым прикосновением наших ртов.
