— Как твое имя, невольница?
— Тухфа, — отвечала она.
— Прав тот, кто нарек тебя Тухфой[12], — сказал работорговец. — Клянусь Аллахом, воистину ты такова, как тебя назвали.
Работорговец отвел для нее на невольничьем рынке подобающее ей укромное место, велел принести ковров и посуды, которые приличествовали и подходили ей. Потом он велел подать ей еды и напитков. Она поела, выпила, ей стало легче, и она легла спать. Но она не переставала скорбеть и плакать из-за разлуки со своим господином.
На другой день на невольничий рынок пришел некий муж из города Дамаска в Сирии, преуспевающий и богатый. Все же он задолжал одному купцу в Дамаске, и этот дамасский кредитор поручил ему перед отъездом в Каир купить для него невольницу и так описал ее, что подобную девушку трудно было бы сыскать и в целом мире. Он каждый день приходил на невольничий рынок, ему показывали всяких невольниц, но он так и не мог найти такую, какую описал его кредитор. Это длилось так долго, что он потерял всякую надежду исполнить просьбу своего заимодавца. Тухфа же в десять раз превосходила красотой даже то, что хотел его приятель. Когда он пришел на рынок в этот раз, работорговец поспешил к нему, чтобы сообщить о ней.
— О мой господин, клянусь Аллахом, — сказал он, — попала ко мне невольница, какую ты хотел, и даже лучше.
— Так покажи мне, — сказал купец, — ту, которую ты раздобыл для меня.
Работорговец взял его за руку, повел в помещение и усадил, а потом вывел к нему Тухфу для осмотра, нарядив ее перед этим в роскошные одеяния и надев на нее самые лучшие украшения, какие только у него были. Когда дамаскинец взглянул на девушку, он был поражен ее великолепием, совершенством ее облика и остолбенел. Потом он воскликнул:
— Клянусь Аллахом, она и есть та самая, какую я искал! Она даже лучше того во много крат. И если она при своей красоте владеет также искусствами и знаниями, то она совершенна.
— Клянусь Аллахом, — ответил работорговец, — я не знаю в городе Каире мужа ученее ее. Она овладела в совершенстве всеми науками и искусствами.
Тут купец вызвал, ее на беседу, стал расспрашивать о том, что она знает и чему обучена. Она ответила:
— Я знаю наизусть Коран и читаю его по всем правилам, у меня есть познания в науке о звездах и в арифметике, я играю в шахматы и нарды, могу петь и аккомпанировать на разных инструментах. Всем, что перечислила, я владею в совершенстве.
Купец попросил ее прочитать отрывок из книги Аллаха, великого и славного. Она произнесла «Фатиху.» и стала читать торжественным тоном. Купец от благоговения чуть не лишился чувств, а работорговец сказал:
— О мой господин, клянусь Аллахом, ни на Востоке, ни на Западе я не слышал лучшего чтения, чем у этой невольницы.
Затем Тухфа взяла лютню, положила ее на колени, взяла несколько аккордов и запела:
Когда купец услышал ее голос, он едва не упал без памяти от ее прекрасного пения, от радости и восторга, а потом сказал работорговцу:
— Клянусь Аллахом, мой господин, нет цены этой девушке, никакая цена не будет для нее высокой. Сколько же ты за нее просишь?
— Ее цена — тысяча динаров, — ответил работорговец, — хоть она и стоит дороже того.
Услышав ответ работорговца, купец понял, что тот просит меньше того, что стоит эта девушка. Он был уверен, что если бы ее увидел его друг, то купил бы ее за пять тысяч динаров и счел бы, что купил дешево. Он понял, что она стоит и десяти тысяч.
— Я покупаю ее у тебя за тысячу динаров, — сказал купец и приплатил работорговцу еще сто динаров.
