— Вот мужчины! Не видите, девочку чуть не трясёт всю! Прям всю-всю от высоченной макушки до вот этих пяточек! Дорогой, нам бы креслице! Вот, моя радость, садись. Да не смотри ты на меня так. Будто впервые видишь рыжих!
— Боюсь, она впервые видит не рыжих, а авери, — сказал Терри-ти. — Мы тоже ни разу не видели, но хотя бы знаем о вашем существовании.
— Это как это так, молодой да красивый? А ну-ка объяснись!
Терри-ти в двух предложениях представил Иру, изложив цель её визита в Каро-Эль-Тан.
Женщина всплеснула руками, засуетилась, собирая на стол и не забывая ахать на тему «довели таку лапушку», «без дома, где ж это видано!». Ира смотрела на хозяйку и вдруг поймала себя на том, что потеряла интерес к происходящему. Новая… раса? Племя? А вот ей не хотелось знать. Они остаются здесь. А она хочет домой. Единственный насущный вопрос — сколько лет маленькой женщине и как правильно к ней обратиться, чтобы узнать, можно ли остаться под её крышей. Она потерянно посмотрела на Лэтте-ри, ища в нём поддержки, собираясь со словами, но когда он присел возле неё на корточки, только тихо произнесла:
— Когда?
Ответил ей Линно-ри, очевидно, уже успевший узнать распорядок.
— Завтра. Днём. Тут много паломников, наша очередь, когда Лару будет в зените.
И правда, равноправие. Мирный договор? В очередь! Вон за той бабушкой, она пришла первая! Узнать, почему корова второй год не телится. Она издала нервный смешок и опустила глаза.
— Лэтте-ри. Страшно.
Очень. До дрожи. А что если завтра… Как вообще можно пережить сутки ожидания, если на кону такое: дом, семья, родной мир?!
Дайна-ви взял её за руки, внимательно посмотрел, а потом сказал хозяйке:
— Нужна вода.
Та не стала задавать вопросов и быстренько поднесла на подносе небольшой кувшин и кружку. Лэтте-ри полез в поясную сумку за маленьким ножиком и оттянул край своего воротника. С обратной стороны был пришит небольшой тканевый квадратик, который он отпорол. Ему на ладонь упало прозрачное нечто, похожее на сушёный рыбий плавательный пузырь, с белым порошком внутри. Он аккуратно царапнул его и высыпал содержимое в кружку. Женщина сбегала за ложкой и, аккуратно подцепив пальцами, повертела в руках остатки пузыря. Потом поднесла его к носу и еле-еле вдохнула запах вещества. Глаза её расширились.
— Это что, чага?! Но это же яд!
— Нет. Если правильно обработать, вымочить в соке живоягоды, а потом перетереть в порошок и растворить в воде, то получится обычное снотворное. У нас каждый вечер эту дрянь пьют, — ответил ей Терри-ти.
— Но зачем?!
— Мы не можем себе позволить бессонницы. «Каждый рассвет должен быть встречен силою, достаточной для борьбы за следующий день», — процитировал дайна-ви скривившись.
— А с собой-то она для чего?
— Вы правильно заметили, уважаемая О-Мариф. Без воды это всё ещё яд. Правда, не столь жестокий, как его чистокровный родственник без примесей. Умирать в случае плена лучше без боли.
Ира приняла напиток. Забавно. Реально ведь в рубашке родилась, раз выжила тогда, хлебнув сверхдозу этой штуки. А сейчас уже привычно, хотя в очередной раз собирается в себя влить жидкую версию рыбы фугу[7]. Она с благодарностью посмотрела на дайна-ви и в несколько глотков осушила кружку. Какая же гадость! Ностальгия, однако. Она встала и почувствовала, как её пошатывает. Краткий вопрос Лэтте-ри: «Где спальня?» — она слышала уже в абсолютной темноте, устроившись у него на руках и вдыхая запах леса и костра от его камзола.
Утром Ира не сразу смогла разобраться, где находится. Она лежала на странном пуфике, поросшем мхом, который еле-еле пах скошенной травой. «Пуфик» за ночь принял форму её тела и стал донельзя уютным. Сверху её укрывало стёганое одеяло в разноцветный треугольничек. Она встала и осмотрелась. На ней только рубаха, все вещи сложены у кровати на… столбик? Кубик? Не комната, а норка, повсюду трава и мох, с потолка свисают чуть блестящие шарики-ягодки и цветы, сквозь маленькое окошко проникает свежий ветерок. В углу она с изумлением обнаружила ямку, куда прямо из стены текла вода, просачиваясь сквозь дно и исчезая в неизвестном направлении. Это что у них, умывальник такой? Она ощутила себя феечкой в домике на дереве. А следом сознание затопил триумф. Сегодня. Наконец-то!
Одевшись и приведя себя в порядок, Ира вышла за дверь и спустилась по лестнице, держась за перила, образованные живыми ветвями с мелкими листьями. Ощущение сказки было сильно как никогда.
Из кухни, а её она нашла по запаху, умопомрачительно пахло. Она робко заглянула внутрь. Все завтракали. Только рыжего кучерявого мужчины не видно. Дайна-ви выглядели отдохнувшими, она впервые видела у них такие расслабленные лица. Да и саму её крепкий сон настроил на более спокойное восприятие действительности. Маленькая женщина закончила помешивать содержимое котла и заметила её. Размер котла по сравнению с её ростом казался огромным, достаточным, чтобы приготовить еду на всех собравшихся, что не мешало хозяйке ловко с ним управляться, орудуя ложкой для помешивания на длинной палке.
— О! А вот и наша лапушка проснулась!
