Я вся свечусь от счастья, однако, припомнив утренний комментарий про «я вся теку», решаю ответить кратко.
– Большое спасибо, – благодарю я и направляюсь к своему месту, не переставая улыбаться.
Когда я уже собираюсь уходить, подходит Марти.
– Рано радуешься, Мэнди. Сид просто хочет тебя трахнуть, вот и нахваливает.
– Что, прости?
– Ты же в курсе, что в округе у него репутация настоящего бабника? Ах, ты не знала. Бедняжка. А он молодец. Пара приятных слов – и с тебя уже слетели трусики.
– Тогда почему же он раскритиковал твое выступление?
– Наверное, у меня сиськи маловаты. Или волосы недостаточно блондинистые. В этом все и дело.
– Марти… пошел ты на хрен! Мне пора.
Уходя, я разрываюсь между гордостью и любопытством. Горжусь тем, что за мной осталось последнее слово и похвала от Сида (хотя отношения между мной и Марти, надо сказать, накалились до предела), но при этом не могу выбросить из головы мысль: вдруг Грегг сказал правду?
Последняя задачка на сегодня – «Мастер-класс по перекрестному допросу от королевского адвоката Себастиана де Сузы». Его-то все и ждали. Де Суза знаменит своими умелыми перекрестными допросами, которые он превращает в настоящее искусство. Барристеры заполняют главный зал Слейнлок-Холла. Стены этого огромного помещения отделаны панелями из темного дуба и украшены гобеленами, полы деревянные, много старинных стульев с сиденьями из красного бархата. Как только входит де Суза, лесть начинает течь рекой. Мужчины восторгаются им, женщины мечтают переспать. Длинные седеющие волосы, прямые, но с легкой волной, зачесаны назад и все еще демонстрируют необузданный характер. Понимая, что пленил зрителей, де Суза идет между рядами истекающих слюной барристеров, хлопающих в ладони, и толпа расступается перед ним, как, черт возьми, море перед Моисеем. Он хозяин своей судьбы. Это достойно восхищения.
Де Суза удерживает внимание публики целый час. Все смеются в нужных местах и ловят каждое его слово. Словно дети, которым библиотекарь читает сказку.
Мастер-класс заканчивается на пять минут раньше графика, и рабочая часть дня завершена.
Мечусь по комнате, будто при ускоренной съемке, а все потому, что времени на сборы совсем мало. От процесса прихорашивания меня все время отрывает пищащий телефон. Хайди шлет вдохновляющие сообщения, чтобы приободрить, например: «Не забывай, что ты лучше всех», «Покажи им, какая ты умная и забавная – ну как такую можно не любить?» и «Ты наденешь трусики под то платье или нет?»
Сегодня я не в том настроении, чтобы со мной шутки шутили, вот и решаю выложиться по полной. Пышная прическа, дымчатый макияж… это и есть настоящая Аманда. Благодаря начесу и лаку для волос меня бы взяли на небольшую роль в мыльную оперу, а значит, я выгляжу идеально для Сногсшибательного платья. Хайди одолжила мне красивые золотистые туфли на каблуках. Плюс красная помада и маленький клатч в тон обуви.
Сама поражаюсь своему внешнему виду, учитывая, что на все про все было полтора часа. Теперь мою карьеру ждет либо прорыв, либо провал.
По дороге к бару чудом преодолеваю миллион ступенек. Остальные уже в сборе, так что я появляюсь, как в кино, когда все замирают и оборачиваются. Мужчины в костюмах и бабочках, женщины в скучных вечерних платьях. Ничего даже отдаленно похожего на мое Сногсшибательное.
Хотели связаться со мной, «плохие парни»? Ну, вперед.
Высоко подняв голову и расправив плечи, я пробираюсь сквозь толпу к бару, ловя восхищенные взгляды мужчин и изумленные – женщин.
– Джин-тоник, пожалуйста, – прошу я намного более уверенным, чем позволяет мой вид, тоном.
– Конечно, мадам. С вас пять шестьдесят.
– СКОЛЬКО? – в гневе кричу я.
– Я заплачу, – раздается чей-то голос, и из-за моего плеча появляется двадцатка.
– О, спасибо, мистер де Суза.
– Прошу, зовите меня Себастиан…
Он становится рядом, опершись одной рукой на стойку бара. В формальной одежде де Суза и правда выглядит привлекательно. Женщины будут бросаться на него весь вечер, не сомневаюсь.
– Нам так до сих пор и не удавалось толком поговорить. Лишь на вечеринке несколько недель назад, где вы были со своей соседкой, верно?
– Да, с Хайди. Мы лучшие подруги. Знаем друг о друге все, – шепчу я.
– Правда? Не забыть бы об этом, когда настанет время выбирать стажера на постоянную должность.
– Зря потратите время, она вам ничего не скажет. Преданный человек. К тому же барристеры ей не очень по душе. Я ее, кстати, понимаю, – признаюсь я, отпивая джин-тоник через трубочку.
– Вы меня совсем не боитесь, да? – Де Суза явно играет со мной.
– Нет, а должна?
Он улыбается.
– Не должны. Думаю, вы и ваша соседка – настоящий глоток свежего воздуха. Приятного вечера, – говорит он с предположительно сексуальной улыбкой, а затем уходит, как всегда, с таинственным видом.
