Получалось, будто мама просила у Вити в долг. Или просто денег. Будто в игре, где он — взрослый, а мама — маленькая.
Когда папа в Америке, такое бывает. А потом папа прилетает в отпуск, и мама опять становится мамой, а Витя — младшим в семье. Когда Витя с мамой переедут к папе в Америку, так станет навсегда. Наверное.
Но сейчас Витя с мамой жили вдвоём. Он — единственный мужчина в доме.
Витя вздохнул и сказал строго:
— Конечно, мать. Какие разговоры.
Он ещё хотел добавить «слово пацана», как Лёха всегда добавляет, но маме такое не нравится. Поэтому Витя просто напомнил, солидно и мужественно:
— Что бы ты вообще без меня делала?
— Я бы без тебя очень скучала.
И она попыталась Витю обнять. Хотя он просил, чтобы без этих ути-пути. Тогда мама пошла заваривать чай, а Витя — искать свой кошелёк.
Нет, Витя, конечно, понимал, что прямо вот сразу кошелёк не найдётся. После уборки-то! Но он уже поискал в шкафу, в столе, в рюкзаке, в двух куртках и в тумбочке. И просто на полу — тоже.
— Это всё твои гости, — рассердился Витя.
— Почему? Ты с ума сошёл?
— Из-за них уборку делать пришлось. А после неё ничего нигде не лежит нормально. Только по порядку.
— А, ты об этом… Отодвинь тумбочку, наверняка он там валяется.
И включила свет в коридоре, чтобы лучше искать.
Витя сказал: «Я тебе что, грузчик?» — и отодвинул. Но за тумбочкой кошелька тоже не было. Только пыль, монетки и детальки от лего.
Теперь Витя крутил детальки. Одна была простой жёлтой, вторая — голубой и прозрачной. Они от разных наборов, а всё равно складываются.
— Витюша… Витя, я пока к банкомату схожу…
Витя посмотрел на маму, а она — на детальки в его ладони.
— Может, сперва пиццу поедим?
— Нет, а то потом темно будет. Сам поужинай. И уроки…
— Да знаю я! Чего всё «уроки, уроки»!
Витя не хотел кричать на маму. На неё — нет! А вообще — очень хотел. Или сломать что-нибудь. Или чтобы мама ушла поскорее в банкомат, и ничего ему больше не говорила, и не смотрела так, будто Витя сам виноват.
А ещё сильнее он хотел снова открыть ящик тумбочки и увидеть там среди ключей, наушников, шнурков и перчаток свой кошелёк. Красно-чёрный, с Дэдпулом.
У Вити целый набор такой был: рюкзак, мешок для сменки, пенал, папка для тетрадей и кошелёк. Рисунок как на толстовке, только её отдельно покупали. Пенал ещё в октябре потерялся, а папка совсем недавно порвалась. А остальное такое потрёпанное, что в Америку брать не надо. Но это Витины личные вещи. И деньги!
Пицца опять остыла и на вкус стала как пластилин. Витя сунул её обратно в микроволновку. Включил на кухне свет, притащил рюкзак и планшет. На всякий случай вытряхнул всё из рюкзака прямо на пол.
Нашлось сегодняшнее яблоко, много фантиков, монетки. Колпачки от фломастеров и стержни от ручек. Очень мятая тетрадь по окружайке, про которую он думал, что потерял. А ещё тот листок с тестом по математике, который Витя хотел ещё в четверг выкинуть по дороге из школы, но забыл. Кошелька не было.
За окном темнело. У них начинался вечер, а у папы в Америке — утро. Папе уже можно звонить, он всегда рано просыпается.
Витя сел на пол, прямо на рюкзак. Стал вызывать папу по скайпу. Надо было посоветоваться. Как мужчина с мужчиной.
— Вить, давай по порядку: вчера днём у тебя кошелёк был. Так?
Витя кивнул. Он уже вспомнил, когда кошелёк в последний раз видел. Витин папа — не полицейский, не следователь и не частный детектив. Но вопросы задаёт не хуже.
— А потом пришли Оля и Аля. Аля — мамина подруга, а Оля — её дочка. Потом мы с Олей пошли гулять. Я купил чипсы, а кошелёк в карман сунул, я помню. Потом мы на Зелёной площадке встретили Лёху и Ярика. Потом Лёха сказал, чтобы я их к себе позвал.
— А ты позвал? — Папа спрашивал как-то не о том.
— Ну холодно же было, пап. А у Лёхи — мать дома. Чего мы во дворе сидеть-то будем?
— Понятно. И вы все пошли к нам домой?
— Ну да. Нам мама пиццу заказала. Если две заказать, то третья бесплатно. Вот, я эту третью ем сейчас. — Витя взял кусок пиццы и помахал перед экраном.
Пицца стала чёрствой, но Витя её ел, ему снова есть хотелось. Сейчас папа всё решит.
— Ну думай. Значит, у тебя в гостях были Лёха, Ярик и Оля…
Витя молчал.
Получалось как в начале детектива. Пропала ценная вещь, полицейские приступили к расследованию…
Папа по ту сторону экрана что-то печатал. Может, список подозреваемых.
Витя и папа будто играли в следствие. Но кошелёк — настоящий. Деньги в нём тоже были настоящие. И тот, кто их взял, — настоящий преступник.
— Вы только в комнате играли? Никто в коридор не выходил?
Витя молчал ещё дальше. Сжимал губы изо всех сил. Так, что пришлось нажать на кнопку «видео», отключить своё изображение.
— Алло?
— Папа, тут связь плохая.
— Я перезвоню, — и папа отключился.
На экране почти сразу всплыла картинка вызова. Долго раздавался сигнал. Папа перезванивал.
Витя ткнул в настройки скайпа — как папа учил. Нашел «чёрный список», вбил туда папин логин и сохранил изменения. Всё. Теперь он точно никуда не поедет! Ни в какую Америку, ни к какому папе.
Надо было уроки… Но Витя сидел на полу и рубился в игру до прихода мамы.
