Предложил. Кометы, тут явно проще согласиться, чем отпираться. Меня-то оно ни к чему не обязывает!
— Я подумаю, — серьезно кивнул я, отворачиваясь. Надеюсь, чародей примет это за смущение оказанной честью. На самом деле я отчаянно пытался спрятать душивший меня смех.
— Так, а этот почему еще здесь? — грянул над ухом властный голос с характерным шипящим выговором. — Решил наверстать недостающие знания, Ториш? Подучиться у первокурсника? Может, еще на обыск дома его с собой захватишь?
Окончательно смешавшись, командир пятерки окликнул одного из своих людей и сбивчиво распорядился препроводить меня к выходу.
Неужели сработало?
Я не мог в это поверить, следуя за угрюмо молчащим боевиком вниз по ступеням. Мой провожатый был мрачен на редкость и, похоже, воспринял приказ едва ли не наказанием. Странные они все-таки, эти чародеи.
Едва выпроводив меня к воротам особняка, боевик буркнул что-то невразумительное скучающим там магам, таким же мрачным, как он сам, и опрометью рванул обратно. Выглядело так, будто… "Будто банда отправилась громить дом должника, и каждый надеялся там чем-то поживиться, а его отослали с внезапным поручением!" — пришло мне наконец четкое сравнение. Хвостатые звезды, а ведь наверняка так оно и есть! Не может же быть, чтобы изыскания архимагистра Дайне являлись незаконными все до последнего. Боевики выполнят приказ, найдут свои доказательства, а заодно постараются прихватить себе какую-нибудь приятную мелочь вроде уникальных книг, записей или артефактов.
Я улыбнулся собственному открытию, шагая в приоткрытую щель между створками ворот… И содрогнулся от грянувшего со всех сторон торжествующего вопля. Недовольные боевики, оторвавшись от сетований на злые звезды, предначертавшие обыск дома другой пятерке, мгновенно оплели все подступы плотной сетью охранок, но их старания оказались излишними. Целью хлынувшей со всех сторон студенческой толпы был уже не особняк, теперь утративший для юных чародеев всю свою ценность. Целью был я.
Даже эльнейский ирис, до сих пор не оставивший агрессивных поползновений меня цапнуть, впал в оцепенение от такого количества противников, оказавшихся вокруг. Его хищные стрелки, растопорщившиеся было в разные стороны, сжались в узкий подобранный букет, и лишь алые головки цветов скалились над плотно стиснутыми листьями, готовясь подороже продать жизнь. В отличие от безмозглого цветка, я прекрасно понимал, насколько бесполезно сопротивление при таком соотношении сил…
Признаюсь честно, первая мысль была такая — из меня выдернули душу, и она летит на небеса, в самый хвост небезызвестной очереди. Но уже мгновение спустя движение вверх замедлилось, сменяясь закономерным падением, а потом десятки рук подхватили меня, не щадя израненного тела, и отправили в новый полет. Кометы, они меня сейчас добьют! То, что не удалось сотворить щитам, ловушкам, сумасшедшей химере, растению-хиконту и боевой пятерке магов, сделает толпа студентов, качающая победителя. Мой протестующий крик потонул и заглох в ее восторженных воплях.
Дальнейшее я запомнил плохо. Основная часть усилий оказалась сосредоточена на том, чтобы не потерять сознание.
— К Тианаре! — прозвучал откуда-то клич, моментально подхваченный окружающими. Толпа потянулась вверх по улице многоликим шумным чудовищем, а посередине, словно паланкин верховного звездочета, двигались четверо счастливчиков, которым выпала честь нести на руках героя дня. Меня. Честно говоря, было в этом что-то донельзя приятное — вот так возвышаться над головами, да не просто кого-то, а чародеев из ниранской Академии. Знали бы они, кого чествуют с такой помпой!
Когда истерзанные ирисом грудь и плечи прекратили тормошить, я наконец-то обрел способность поразмыслить над ситуацией. "А может, оно и к лучшему?" — подумалось мне. Пока чародеи заняты дележкой наследства Дайне (и почему это они мне все больше и больше напоминают главарей Стрелки?), им совсем не до меня. За свидетельства парня из канализации я не опасался: даже если он и пережил свидание с подземельями, не представляю, кем надо быть, чтобы добровольно поведать о том, как выкупался в городских нечистотах. Уверен — этот будет сидеть как мышка, моля Небесных Родителей, чтобы никто не вспомнил и не спросил о его участии в добыче ириса. Второй старшекурсник вообще мало что мог рассказать. Но рано или поздно чародеи расколдуют настоящего Палиара и поймут, как я их надул. Хорошо бы к тому времени оказаться подальше от города.
Жесткий край свитка за пазухой больно упирался под ребро, наполняя душу сознанием хорошо выполненной работы. Только вот возвращаться с добычей к Угрю, не зная имени того, кто сдал меня чародеям, означает добровольно сунуть голову в ловушку. По крайней мере, надо отлежаться и отдохнуть. Если предатель — Кирия, и юная тетушка действует с ней заодно, мне конец. Вместо объятий первой красавицы Академии я угожу прямиком в мышеловку. А вот если чародейка не при чем… Пока боевики не сообразили, кого собственноручно вывели из дома, постель Тианары Астеш — отнюдь не самое плохое убежище.
