– Да нет, что ты! – он поцеловал её в губы. – Ты как сказка, мечта, – поцеловал в шею. – Просто я… – в одну грудь. – Ну, как бы это… – в другую. – Не созрел ещё… – языком опустился до пупка. – …для семейной жизни… – поцеловал живот. – Ты посмотри на меня… – он отпустил её руки и сполз на пол, целуя её бёдра. – Разве на такого можно положиться?
– Не прибедняйся! – она томно улыбнулась. – На тебя можно не только положиться, но и подсадиться. В этом ты непревзойдённый, – схватила его за волосы. – Как я по тебе соскучилась! Я сейчас постоянно думаю только об одном, – властно оторвала от себя его голову. – Я как озабоченная стала, всё время хочу секса, – Жанна села, сжав колени и сняла с вешалки длинную футболку. – Тебе подкрепиться надо, – натянула её на себя. – И мне, – нагнулась под стол и достала несколько контейнеров с едой. – Ехать ещё долго, сил потребуется много. Садись.
– Ох, ничего себе, – Сергей сел напротив и стал открывать их. – Ещё тёплая, – он с голодной жадностью набросился на еду. – Когда ты всё успеваешь?
– У каждого свои таланты. Ешь, не отвлекайся, – она поднялась и расчесала перед зеркалом волосы. – Ещё целых три дня я вся твоя, – Жанна чуть не упала, потеряв равновесие. – Ну и оголодал же ты! – она рассмеялась. – Даже ноги не слушаются. Тебя что, в клетке держали?
– Хуже, – он обнял её сзади и стал ласкать руками.
– Представить боюсь, что было бы, если б не приехал ко мне.
– И не говори.
– Да, умеешь ты выбирать женщин, – Жанна вырвалась и пьяно вышла из купе. – Ешь, давай. Я сейчас.
Оставшись наедине, Сергей проверил телефон: ни писем, ни звонков за ночь не появилось. Света упорно молчала, не отвечая ему.
Безвозвратно уходящее прошлое, увеличивающееся с каждой секундой расстояние и горячие ласки Жанны анестезирующе действовали на него – он становился всё свободней, веселей, беспечней.
Странно, что он раньше не представлял себя с Жанной. Может, городская суета вечных проблем, тень прошлой жизни и мечты о Свете не давали её разглядеть как следует. Пусть она другая, не такая как Света, но… С ней так хорошо, легко, свободно. Она всегда обо всём позаботится, всё распланирует. С ней как за каменной стеной!
– Держи, – вернувшись, она протянула ему кружку кофе. – Я и забыла, каково кататься в таких поездах.
– М-м, спасибо, – он вдохнул запах кофе. – А мне нравится. Сурово так, по-русски. Может, только в таких условиях и рождаются богатыри? – он привлёк к себе Жанну, посадив на колени, и стал ласкать её груди и живот.
– Ты ведь это не серьёзно? – целуя его, она повернулась к нему лицом, роняя на постель. – К комфорту, конечно, быстро привыкаешь, но ведь дело не только в этом, – она словно в лодке плавно качалась на волнах его ненасытного тела. – У нас как будто на форму вообще не обращают внимания, – она двигалась медленно, наслаждаясь его неторопливостью. – Всё делается тяп-ляп, пару раз ударил топором по бревну и, – вперёд, Буратино! Иди строгать свою Мальвину.
Вагон вдруг дёрнулся, Жанна полетела куда-то в сторону, а потом наступила кромешная тьма.
В ней он вдали, где-то в другой жизни, увидел Свету, в блике горящих свечей, стоящую перед иконой Богородицы. Лицо её было мокро от слёз. Она что-то шептала, но слов её из-за огромного расстояния никак не получалось разобрать.
Внезапно тьму разрезал яркий луч, ослепляя Сергея и выдёргивая в другую реальность. Он открыл глаза и увидел, что окно вагона смотрит вверх, в небо. Жанна лежала в углу, неестественно изогнувшись. Под ней быстро росло пятно крови.
– Жанна? Что с тобой? Ты слышишь меня? – кричал Сергей, но сам не слышал своего голоса, в ушах стоял свист.
Она не отвечала, не дышала. Пульс на сонной артерии не прощупывался. Пятно крови расползалось внизу, между ног, по футболке и простыне.
Сергей дёрнул ручку двери, но дверь от падения заклинило. Он осторожно выпрямил тело Жанны, не обнаружив ни открытых ран, ни видимых переломов.
– Твою мать! Твою мать! Твою мать! – ударяя ладонями по своей голове, он запаниковал, не зная, что делать. – Стоп! – Сергей жёстко и холодно приказал себе остановиться и несколько раз сделал глубокий выдох и вдох. – Дыхание!
