- Вместо мороженого? - улыбнулся Джек. Он уже не ощущал напряжения. Прохлада сменилась теплом, но оно не причиняло дискомфорта, а приятно напоминало о времени, когда он был обычным живым парнем.
- Иди ближе, - разрешил Кромешник. - Сегодня в мои планы не входит приканчивать тебя.
В темноте что-то зашуршало. Заинтригованный Джек сел бок о бок с врагом, положил руки ему на грудь - и удивленно присвистнул, обнаружив, что дотрагивается до голой кожи. Мантия из самой темноты, должно быть, весьма удобна в таких случаях, тем более что снимается так легко, даже без помощи рук…
Ему пришла в голову забавная идея, и Джек устроился на коленях, медленно изучая раскрытой ладонью тело своего невольного… кого? Он так и не определился, кем становится для него Питч. То ли враг, то ли любовник - хотя думать о подобном существе как о любовнике было странно.
По поводу своих ран Питч не врал, Джек нащупал на его груди заживший тоненький шрам, который шел от шеи вниз, по плечу, едва ли не до пояса. Сочувствия это не вызывало, но от осознания, что он безнаказанно гладит того, кто еще недавно пытался его убить, что-то запульсировало внизу живота.
- Ты не безнадежен, - Питч пытался говорить насмешливо, но его выдавала легчайшая дрожь в голосе. - Уже хочешь большего?
- Не знаю, - признался Джек. - А можно тебя поцеловать?
Кромешник терпеливо вздохнул. На языке вертелась парочка язвительных ответов, но он удержался. Это в его интересах, в конце концов.
- Можно, - коротко отозвался он. Джек тут же оказался чуть выше, порывисто прижался губами к губам, целуя не очень умело, но искренне.
Темнота дрожала вокруг них, и Джек вдруг провалился в жаркую, наполненную страстью пустоту. Он чувствовал, как хочется Кромешнику освободиться от пут и сомкнуть пальцы у него на горле. Тем приятнее было сейчас, временно лишившись возможности видеть, ласкать чужое тело, ловить каждую дрожь и короткий вздох. О да, Питч отлично контролировал себя. Удовольствие, что дано лишь смертным, было ему чуждо, но он умел получать его, если выпадал такой случай.
- Ниже, - велел он. - Дотронься до меня.
Джек послушно огладил ладонями его живот, узкие бедра, затем на пробу провел рукой по крупному члену. Он уже был твердым, чуть приподнятым, и при этом касании Питч чуть дернулся, подавшись навстречу.
- Продолжай, - глаза его вновь вспыхнули, но Кромешник тут же опустил веки. - Делай так, как умеешь, я хочу проверить, на что ты способен.
Джек не умел, если уж говорить начистоту. Он ни разу в жизни не занимался сексом ни с женщиной, ни, тем более, с мужчиной. Но показать свое неумение отчаянно не хотелось, и он ласкал чужой пенис, обводя пальцем чувствительную головку и изучая узор выступающих вен.
Питч двигался навстречу его ладоням, сцепив зубы и изредка постанывая. Цепи на его руках дрожали от напряжения и отчаянно звенели при каждом шевелении. Сейчас он позволил себе на краткие мгновения этой близости оказаться во власти Хранителя веселья - почти целиком, о милосердная Тьма! - и поразился той легкости и почти наслаждению, которое испытал.
Джек быстро учился. Он почти сразу понял, что здесь, в темноте, не имеет значения, кем они будут потом, когда свет дня коснется их лиц. Здесь Питч принадлежал ему - со всеми его язвительными комментариями, сдержанными стонами и затаенной злобой. И Джек точно так же был его. Так зачем скрывать то, чего хочешь? Тьма всегда дает свободу, даже если забирает жизнь.
Он нагнулся над чужими бедрами, коснулся губами налившихся, отяжелевших яичек. Наградой ему стало непроизвольное “О да…”, донесшееся сверху. Джек улыбнулся.
От Питча пахло землей, влагой и его собственным запахом, едва уловимым. Хранитель подумал, что это, наверное, запах темноты.
Продолжая двигать ладонью по члену короля кошмаров, он опустил другую руку к себе между ног. Джек постигал эту тайну, открывал для себя новые эмоции и ощущения - и уже сейчас понимал, что ему не хватает этого, никогда не будет хватать.
- Легче, легче, - Питч зашипел, когда Джек в порыве энтузиазма сжал его член под головкой. - Перестань, Фрост, я и так еле сдерживаюсь…
- Не надо, - отозвался юноша. - Пытаясь меня убить, ты не сдерживался. Делай так, как надо. Я хочу касаться тебя.
Он ловил пряный, мускусный запах чужого тела, такого реального сейчас, дрожал и отчаянно, быстро ласкал член в своей ладони, одновременно гладя себя. Громко, прощально звякнули кандалы, бессильными змеями падая на камень пола, и Питч оказался вдруг над ним. Освобожденный, он повалил юношу на холодный камень, и тьма окутала их обоих, извиваясь чуткими щупальцами за их спинами.
Тьма пила их энергию, довольно вздрагивала от каждого стона, и Джек уже не помнил себя, толкаясь в длинные пальцы Кромешника. Он, кажется, кричал, но не слышал своих криков. Удовольствие - острое, неожиданное, - затопило его с головой. Он охнул, ощутив давление где-то за яичками, в очень чувствительном месте, и кончил, содрогаясь и вцепившись в плечи партнера.
