После душа они ужинают, привычно сидя на кухне, как было уже не раз до того, как вся жизнь Макса перевернулась с ног на голову. Но именно сейчас и здесь Максиму на очень короткое время удается об этом забыть. Женя — все еще его «тайное место», где можно спрятаться, но если раньше он получал от этого спокойствие, то теперь Макса не покидает ощущение, что его «тайное место» находится над самым кратером вулкана, либо над кишащим аллигаторами водоемом, либо на карнизе крыши небоскреба. Все еще спокойно, но ровно до того момента, пока он не вспоминает об этом. И тогда Максу становится по-настоящему страшно. Он ловит внутри себя отдаленно знакомые отголоски всех этих ощущений одновременно, но пока у него не хватает сил в этом разобраться. Не сейчас. Не сегодня.
Лава начинает подозрительно пузыриться и булькать, а аллигаторы щелкать голодными пастями, когда Евгений застилает для Макса диван. Тот самый, на котором он уже однажды спал. И не один. Он всего несколько мгновений позволяет себе понаблюдать за Женей, и затем, чуть нервно сглотнув, отворачивается. А если это не пройдет?
— Так завтра съездим за мотоциклом? — Интересуется Женя, отвлекая его. — Чтобы я знал, как мне планировать свое время.
— Если у тебя получится, было бы неплохо. — Макс усаживается на застеленный диван, складывая костыли на пол рядом. — Только мне завтра в больницу еще нужно. — И не давая Жене открыть рта. — Я сам. Не перетружусь, вызвав такси. Если хочешь, созвонимся, заберешь меня оттуда, и тогда съездим. Но это все равно будет только после обеда.
— Хорошо. — Кивает Женя. — Позвонишь, когда освободишься. Я оставлю запасные ключи в прихожей на крючке вешалки.
Макс дожидается, пока тот, выключив свет и пожелав спокойной ночи, выходит из комнаты, прикрыв за собой двустворчатые двери в гостиную. Стянув джинсы, он забирается под одеяло. Веки сами собой слипаются, и Макс не замечает, как засыпает. Сегодня ему снится только темнота и голодные аллигаторы.
Когда открывает глаза, за окном уже светло, и он даже ни разу не проснулся за всю ночь. Либо слоновая доза валерьянки, выпитая им за все это время, наконец, начала действовать, либо Женя вчера что-то подмешал ему в чай. Но в любом случае, Макс чувствует, что выспался. Не спеша поднимается, приводит себя в порядок и вызывает такси. В больнице, терпеливо дождавшись своей очереди, проходит процедуру осмотра и освобождается только в начале третьего. Созвонившись с Женей, договариваются, что тот заедет через полчаса, и медленно спускаясь по ступенькам, направляется к гардеробу. На улице холодно, но сидеть в больнице все это время у него нет никакого желания.
Выйдя на улицу, натягивает капюшон куртки и подкуривает сигарету. Он не знает, что с ним происходит сейчас. Растерянность и злость на себя же самого выедают последние остатки нервов. Вся жизнь полетела к чертям. У него больше никого не осталось по-настоящему близкого — ни семьи, ни друзей. И только Женя всегда оказывается рядом, в самые дерьмовые моменты его жизни. Может, все дело в этом? Поэтому он так к нему привязался и видит эти… сны? Но если он начнет избегать его, что это даст? Макс просто не может потерять еще и Женю. Тогда он останется совсем один. Выхода нет. Либо полное одиночество, либо научиться справляться со своей съехавшей крышей — среднего просто не существует.
Максим курит, стоя на тротуаре и погрязнув в своих мыслях, когда внезапно осознает, что уже несколько минут невидящим взглядом наблюдает за мужчиной, ковыряющимся под капотом своего авто. Toyota Camry черного цвета выглядит ухоженной, а одежда мужчины явно выдает в нем человека вполне состоятельного и, как вывод, привыкшего ремонтировать машину в сервисном центре, а не собственными руками. Максим еще несколько секунд думает и, выбросив окурок, перехватывает замерзшими руками костыли. Ему нужно отвлечься хоть на несколько минут, и он точно знает, что это поможет.
— Помощь нужна? — Интересуется он, доковыляв до края тротуара и остановившись рядом со сгорбленным в три погибели мужчиной. Тот выныривает из-под крышки капота и оценивающе секунду скользит по нему взглядом. Максу этот взгляд кажется отчего-то очень и очень знакомым. Он усилием воли отгоняет любые аналогии своего мозга, которые тот проводит с Женей. Со съехавшей крышей Макс уже практически принял решение смириться, но по-прежнему не позволяет себе на этом зацикливаться.
— Разбираешься в этом? — Блядь, и интонации в голосе почти такие же.
— Есть немного. — Кивает Макс. — В чем проблема?
Тот еще раз бросает взгляд под капот.
— Что-то с двигателем. Не могу завести.
— Бензин есть? — Интересуется Макс, подходя ближе, и отставляет костыли, прислонив их к авто. Держа на весу левую ногу, на которую до сих пор не разрешают давать сильную нагрузку, склоняется над двигателем.
— Полный бак. — Откуда-то сверху. — Придется эвакуатор вызывать, чтобы до сервиса дотянули.
