Наяда постаралась отпустить доводы рассудка и воззвать к пропавшей памяти. Редкие проблески в ночи убедили ее во лжи знатных господ. Мир совсем не таков, каким они рисуют его в Хорте. Мышечная память, стереть которую, видимо, не вышло, напомнила девушке, когда она вскочила посреди ночи, что пистолет, который ей вдруг так внезапно понадобился, стреляет пулями. Опасное оружие, намного опасней того, к которому она привыкла здесь в Хорте, извергающее огонь и гром. Значит, в прежней жизни она неоднократно с ним сталкивалась. А железный зверь на изображении не оживет без помощи человека, это маленькое открытие увело девушку в глубокие мысли.
Она не услышала настойчивый стук в дверь, пока в дверь не начали откровенно биться.
Наяда тяжело вздохнула, пряча изображение обратно в дневник, а дневник в сумку, перед тем как открыть дверь.
На пороге стоял Дамир. Что-то в его вальяжной позе казалось девушке угрожающим, но что именно она не успела понять, Дамир отодвинул ее с прохода и протиснулся в комнату.
— Раз и навсегда запомни: ты маленькое ничтожество, не смеющее мне перечить. Повторяй эти слова, как молитву.
Грозное рычание лорда и палец тыкающий ей в ключицу, не пугали. Как минимум, господину придется встать во все возрастающую очередь, чтобы ее наказать. Немного удивило, что он решил сам почтить ее своим приходом. Удивило и встревожило.
— Я не потерплю такой наглости в моем доме. В этот раз я прощаю тебя, и не запрещу сходить в город. Но в другой раз ты сильно пожалеешь о своем поведении.
Она приложила правую руку к сердцу, чуть склонив голову.
— Моя жизнь принадлежит служению вам, милорд.
Дамир толкнул ее в плечо, разъяряясь сильнее.
— Ты меня этим не проведешь! — Он наклонился к девушке. — Я тебя предупредил, Наяда. Тебе мозгов не хватит со мной тягаться.
Мозги и навели ее на ссору с лордом, иначе бы она смолчала, их вполне хватало, чтобы перечить, оговариваться и язвить. Для горожанки в Хорте этого набора более, чем достаточно, иногда даже жить спокойно мешает.
Наяда упала на кровать, желая провалиться в спасительную темноту, яркое солнце бесцеремонно слепило ей в глаза. Дамир громко хлопнул дверью на прощание, давая всем своим грозным видом понять, это еще не конец.
Девушке хотелось пожелать ему удачи, завтра она будет далеко от Хорты и ссоры с лордом потеряют всякое значение. Дамир останется тут, навсегда. Породит светловолосых детишек, воспитает их такими же двуличными гаденышами, в старости передаст город старшему отпрыску. И будет тихонько доживать свое, наблюдая за новыми порядками в Хорте, которые быть может, ему будут не по душе, однако он будет бессилен что-то исправить.
Мысли увели ее далеко в сторону, Наяда представляла, как станет протекать жизнь в городе, когда она сбежит. Изменится ли Хорт через месяцы или года? На ком женится Дамир? Ей почему-то виделась стройная белокурая красавица, достаточно выносливая и смиренная, чтобы выжить в поместье, обязательно из Знатных, чтобы ненароком не попортить благородную кровь лорда.
А Мардар? Сможет ли младший господин когда-нибудь найти себя, излечиться и занять достойное место в городе? Об этом девушка думать не хотела, последние слова господина камнем легли на сердце.
«Принадлежит мне».
Наяде их отношения казались другими. Она считала, что о какой-то там принадлежности к кому-то или чему-то речи быть не может, они оба нуждались друг в друге, как в воздухе или еде. Но оказалось, здесь девушка тоже ошиблась.
Что ж, так ей проще будет прощаться, ничто не станет тяготить ее, когда она уйдет достаточно далеко от Хорта, чтобы ее не нашли, но не достаточно, чтобы не повернуть назад. Именно от этого ее станут удерживать слова Мардара. У нее не будет пути назад. Прожить жизнь рабыней, пусть и при добром господине, ей не хотелось. Наяда видела свою жизнь другой, полной приключений и свободного ветра, развивающего волосы.
Возможно однажды, если все сложится хорошо, ей захочется ненадолго вернуться в город, пройтись по улочкам, умыть лицо в фонтане на главной площади. Увидеть, как подросли дети Дамира и изменился Мардар. Прогуляться до своей хижины, посидеть на ступеньках у крыльца. Это будет через много-много лет, если она вернется, то совершенно другим человеком, знающим правду, помнящим свою прежнюю жизнь.
Город знал ее как сломленную птицу без одного крыла, и она уходит, чтобы отрастить новые крылья, широко расправить их и взмыть в небо. Когда-нибудь это небо, звезды на небе, что появляются в Хорте крайне редко, приведут ее обратно, указав верную дорогу.
Наяда вытянулась на кровати, растягивая затекшие мышца и закусила губу. А что если она не сможет вернуться? За пределами города ее поджидает множество опасностей.
Девушка хмыкнула и мечтательно улыбнулась. Едва ли те опасности страшнее Хеуда с его противными ручными молниями, ползающими по телу, как букашки.
