– Оооо, – умным голосом отвечаю я, понимая, что только что лишилась одной пары термоколготок. В «Кальцедонии» мне сообщают, что в продаже их больше нет. Будут с Нового года. Из новой коллекции. Дороже в два раза, догадываюсь я.
Чайные пакетики. Тут Катюлик экономит. Она разрывает чайный пакетик на две части. Борьба бесполезна. Сражение проиграно заранее. Если, тем не менее, чай все равно оказывается слишком крепким, она разливает его на две чашки. Бульк-бульк.
– Кира, может быть, ты будешь чай?
– Я уже пью, спасибо.
Орхидея. Катюлик поливает мне цветы. От души поливает. Цветы скоро сгниют. Если бы их поливала я, то они уже давно бы засохли. Одна орхидея сгнила на корню, у второй обломан цветонос. Не факт, что она бы зацвела, не факт. Но надежда была. Хотя, возможно, это дело рук Пуха. За ними не уследишь.
Сегодня я ездила на работу и по делам. Моя свекровь и Катюлик прекрасно проводили время (и за это моей свекрови отдельное большое спасибо). За время пребывания у меня бабушки свекровь купила осеннее пальто и зимнее пальто – под чутким руководством Катюлика, известной транжиры.
– Я ей помогала! – с гордостью говорит Катюлик. – Смотрела, как сидит, и помогала выбирать. Кира, тебе тоже надо купить такое пальто! А лучше – шубу. Почему муж не купит тебе шубу?
Пуховик для Катюлика мы купили ещё по дороге ко мне. Кроме того, был куплен халат, свитер, пара колготок (увы, не термо), рейтузы и трусы. Катюлик с шиком тратит свои деньги и на трусы дороже 80 руб. за шт. не соглашается категорически.
Я вернулась домой.
– А мы тут отдыхаем! – сообщила мне свекровь. – Лежим, телевизор смотрим и разговариваем! А ещё я приготовила курочку в духовке – типа куриных котлет! Очень вкусно!
– Обязательно, – отвечаю я.
Прихожу на кухню, наливаю себе чай, закуриваю… И чувствую странный запах. Думаю, нюхаю… Заглядываю в духовку. В духовке действительно курочка. А также сковородка с крышкой. Точнее, то, что некоторое время назад было сковородкой с крышкой. Пластиковая ручка на крышке расплавилась и элегантным сталактитом (или сталагмитом?) стекла через дырочку вниз. Гвоздик (или винтик?), который был в этой крышке, изящно торчит из дна сковородки, окруженный чёрной лужицей расплавленной пластмассы.
Я вынула сковородку из духовки. Я не надела сковородку на голову Катюлику и свекрови. Я думаю, это может быть приравнено к подвигу. Я тихо налила себе полрюмки целительной калины на водке и выпила.
Потом я провела расследование. Катюлик сразу сказала:
– Это не я! Курицу готовила Ольга Петровна!
А Ольга Петровна сказала:
– Духовку зажигал Серёжа!
А Серёжа сказал:
– Да, я включил духовку, но даже её не открывал!
Утром, в тишине и покое, Катюлик убрала сковородку в духовку. Чем она ей мешала?
– Я готовила кашу, – ответила Катюлик, – и побоялась, что сковородка нагреется!
– Вот она и нагрелась… – ответила я. Потом пришла Ольга Петровна и поставила курицу в духовку. Потом пришёл Сережа и включил духовку. Потом курица приготовилась.
– Сорок минут! – сказал Сережа.
Потом пришла я.
Иногда меня посещают правильные и умные мысли. Одной из них была мысль о том, что не стоит покупать новую сковородку, пока Катюлик живёт у меня.
***
Катюлик – богатая женщина. У нее четыре пары зимних сапог. Когда она уезжала от меня, она взяла с собой только три. Четвертую я отказалась отдавать – старые страшные коричневые сапоги на гейше. Какое счастье, что я не выкинула их на помойку, как только за Катюликом закрылась дверь.
Через месяц случилось страшное. Я позвонила маме и узнала, что на одном из шести сапог сломалась молния. Мама с Катюликом обсуждали эту страшную историю, почему-то привлекая меня. Мама кричала:
– Она хочет надеть мои сапоги! Ну те, которые мы в прошлом году купили!
– Зачем ей твои сапоги?! У нее еще как минимум две пары!
– Мне будут велики ее сапоги! – кричала Катюлик.
– Ну конечно, – саркастически говорила мама, обладающая самой маленькой ногой в нашей семье. – Ей будет велик мой тридцать пятый с ее тридцать седьмым!
– Да не собираюсь я носить твои сапоги! Я только померила!
– Катюлик, – увещевала я, – у тебя же есть еще две пары!
– Нет! – с гордостью говорила Катюлик. – Ни одной!!!
– Как?!
– Одни на мне не сходятся, потому что у меня опухли ноги, – отвечала Катюлик, – а вторые – осенние!!!
– Купи себе новые сапоги!
– Как осенние?! – орала я. – Там же мех!
– Там нет никакого меха!
– Там есть мех!
– И они короткие!
– Короткие, но с мехом!
– Там нет меха! Они осенние! Мне нужны мои коричневые сапоги!
– Катюлик, но тебе даже Миша говорил, что они зимние!
– Нет, они короткие и осенние! И я обычно ношу их осенью, и никогда не ношу зимой!
– Мама, – попыталась я внести рациональную ноту, – а нельзя сапоги со сломанной молнией отнести в ремонт?
– Можно, – сказала мама. – Наверное. А пока она походит в коротких зимних.
Через два дня мне позвонила Катюлик.
– Ты знаешь, – сказала она, – ты была права. Те короткие сапоги действительно зимние. Они с мехом.
Я выдохнула. Но ненадолго.
Вчера тема сапог встала снова.
– Кира, когда ты поедешь с вещами, захвати мои зимние коричневые сапоги!
