Поэт всеми силами старался угодить обитателям луарских замков, их желанию видеть мир приятным, словно созданным специально для радости человека. Всем известны эпикурейские строки Ронсара «И розы бытия спеши срывать весной», чем, собственно, высшее общество и занималось активно и в Шенонсо, и в Азэ-лё-Ридо, и в прочих рукотворных жемчужинах прекрасной Луары.
Когда Ронсар писал эти строки, он был уже немолод, а потому ему поневоле приходилось задумываться о бренности человеческой жизни, как это ни печально. Немного особняком стоят среди его сонетов стихи, посвященные одной из дам, и благодаря им можно понять, какая старость ожидает каждого из этих блистательных в настоящее время господ: тихая, спокойная, но уже без блеска и былой роскоши, когда остается только вспоминать, слыша лишь случайные отзвуки придворной жизни, которые изредка будут доноситься до старого придворного.
Успокоившись по поводу своих, как ей представлялось, прав на Шенонсо, Диана немедленно приступила к благоустройству территорий на правом берегу Шера. Здесь располагался живописный холм с рощей и прекрасными ручьями, так изящно струившимися по склонам. Когда-то Франциск I мечтал построить здесь мост, а теперь Диана приводила эти мечты в исполнение. Она наняла искусного каменщика Пьера Юрлю, который исследовал скальную породу устья Шера и сделал вывод, что место прекрасно подходит для моста.
Диана сразу предположила, что на выступающих частях должны находиться изящные башенки, а сам мост – украшать одноэтажная галерея с балконом. При этом окна галереи следует устроить таким образом, чтобы из них можно было бы наблюдать и восход, и заход солнца. Самое близкое к замку помещение, решила Диана, станет буфетной, а для обогрева ее можно использовать два камина. Все эти новшества требовали перестройки заднего фасада замка, где в результате строительных работ пропали бы два западных окна.
Стройка началась с размахом, как это было всегда в подобных случаях. Для нее потребовалось 200 бочек извести и 7 бочек цемента, а кроме того, песок, гравий, канаты и механизмы. На реке поставили временные плотины, а в лесах срубили полсотни больших деревьев. Мост строился долго. В 1557 году Пьер Юрлю умер, и вместо него приняли двух каменщиков, Клода Ланфана и Жака Ле Блана. В 1559 году были наконец закончены арки моста, но именно в этот год Диане де Пуатье пришлось уступить замок своей мечты Екатерине Медичи. Было истрачено уже 9000 ливров, но мост еще не был завершен. Так, строительство галереи даже не начиналось. Екатерина Медичи решила ограничиться украшением моста балюстрадой из позолоченной бронзы.
Когда внезапно погиб на рыцарском турнире Генрих II, как и предсказывал великий астролог Мишель Нострадамус (1503–1566), от копья сеньора Монтгомери[67], наступил конец и царствованию прекрасной Дианы де Пуатье. Вдовствующая королева Екатерина первым делом потребовала от бывшей фаворитки передать ей все права на владение Шенонсо.
Диана не желала сдаваться без борьбы и начала судебную тяжбу с королевой. Та, в свою очередь, возмущенная подобной непокорностью, принялась открыто угрожать Диане. Екатерина надавила на Королевский совет, и тот издал решение: в результате огромного дефицита денежных средств в стране, произошедшего по причине многочисленных подарков, сделанных предыдущими королями своим фаворитам, все это имущество должно было перейти в собственность королевского дома.
Диана поняла, что постановление в первую очередь относится именно к ней, а потому самое разумное – пойти с королевой на мировую. Тем более что Екатерина, считавшая принципиально важным для себя приобретение Шенонсо, предложила сопернице в обмен замок Шомон, по сравнению с Шенонсо приносивший в несколько раз больший доход. Но и в те времена люди предпочитали платить не столько за вещь, сколько за собственное желание иметь ее.
Существует легенда, что до своего отъезда из Шомона Екатерина встретилась в этом замке то ли с астрологом, то ли с прорицателем-ясновидцем, который предсказал дальнейшую судьбу самой вдовствующей королеве и всем ее детям. Говорили, что это был якобы сам Нострадамус, показавший Екатерине магическое зеркало, в котором королева увидела поочередно лица своих детей. Эти лица описывали в зеркале круги, и сколько было кругов, столько лет и предстояло им править Францией. Последним в этом зеркале королева увидела Генриха Наваррского.
