–Да ничего, – пожала плечами блондинка, – я убежала на работу, а Ранги остался в аэропорту, сказал, дела у него есть, и пропал на весь день. Как раз похолодало сильно, с утра еще тепло было, а после обеда мороз придавил. Хоть бы домой зашел переодеться, так нет же, объявился только глубокой ночью с температурой тридцать восемь. Сегодня Ранги совсем плохо стало – пришла на обед, а он меня не узнает, бредит, горит весь. Вызвала неотложку, так его врач как только послушал, сразу в больницу забрал. Мадам Изольда, если вы не можете вылечить Ранги, хотя бы убедите его принимать лекарства, умоляю вас!
Черный джип впереди меня медленно тронулся с места, я поставила ногу на педаль газа и решительно выключила вибрирующий мобильник. Увы, Кирилл, но в мои планы на эту ночь ты откровенно не вписываешься!
–Ранги спрашивал меня, где в столице можно найти тохунга, словно предчувствовал что-то,– неожиданно протянула разомлевшая в тепле блондинка, -я посоветовала ему вас, но он к вам так и не дошел. Если бы он у вас был, вы бы его обязательно запомнили.
ГЛАВА XX
Чего мне в данный момент железно не хотелось, так это устраивать вечер воспоминаний в компании окончательно свихнувшейся блондинки, а уж тем более я не горела желанием предаваться самозабвенной рефлексии по поводу личного знакомства с Те Ранги. Во-первых, к длительному уходу в себя явно не располагала ухудшающаяся с каждой секундой ситуация на дороге, а во-вторых, чует мое вещее сердце, что совсем скоро мне представится великолепная возможность как следует освежить память. Таким образом, реплику Вероники я благополучно пропустила мимо ушей и полностью сосредоточилась на управлении автомобилем. Не хватало еще, чтобы к существующему набору проблем добавилась острая необходимость срочно отгонять машину на станцию технического обслуживания, параллельно вступив в затяжную тяжбу со страховой компанией относительно размера компенсации, причитающейся пострадавшим в аварии сторонам.
Несмотря на то, что окружающие меня машины в силу образовавшихся пробок ехали практически впритирку и мне приходилось виртуозно лавировать между их запорошенными кузовами, непосредственных соприкосновений с чужим автотранспортом, к счастью, удалось избежать. Однако, вынужденная осторожность на обледеневшей трассе стоила мне значительных временных затрат –только на преодолении протянувшегося через две центральных улицы затора я потеряла порядка сорока минут. За период вынужденного простоя моя попутчица успокоилась, отогрелась и даже ненадолго уснула, причем по лицу чутко дремлющей блондинки разлилось такое откровенное умиротворение, будто одно мое присутствие рядом внушало ей непоколебимую уверенность в положительном исходе дела. Похоже, мадам Изольда символизировала для Вероники универсальное лекарство от всех болезней, в том числе и от душевных, а потому, мобилизовав меня на спасение своего ненаглядного Те Ранги, блондинка с чистой совестью позволила себе прикорнуть, хотя, скорее всего, ее просто-напросто срубила нечеловеческая усталость –если бы меня на денек заставили пожить с маори под одной крышей, я, несомненно, отдала бы концы уже на следующее утро.
На подъезде к госпиталю я весьма невежливо растолкала мирно посапывающую «рабу любви», на корню пресекла путанные оправдания за внезапно сморивший ее сон и решительно потребовала от блондинки взять на себя миссию по организации незаконного проникновения на охраняемый объект. Негоже, как говорится, лилиям прясть, а знаменитой мадам Изольде совершенно не к лицу ломиться среди ночи в наглухо запертые больничные двери, сопровождая дробные удары плотно сжатых кулаков пронзительными истеричными выкриками. А вот у безжалостно изгнанной из теплого салона Вероники сие действие вышло на удивление естественно и натурально.
Вышеупомянутые «танцы на льду» продолжались довольно долго – утробно завывающий ветер мешал мне четко расслышать содержание крайне эмоционального диалога, состоявшегося между нервно подпрыгивающей на каблуках блондинкой и раздраженным представителем дежурного медперсонала, но судя по тому, что в финале первой пятиминутки Вероника неожиданно перешла на забористый мат, консенсус в этой беседе был столь же недостижим, как и формула эликсира вечной молодости. Прямым текстом гнать блондинку в шею у врача, по-видимому, не поднималась рука, но и нарушать правила внутреннего распорядка он тоже не собирался. А потом отчаявшаяся Вероника назвала секретный пароль и «сим-сим» мгновенно распахнулся настежь.
