«Похоже я единственный адекватный человек на этом корабле!» — подумала Джилл, укоризненно глядя на уходящего Сайкса.
Когда хлопнула входная дверь, Глория была на кухне. Она ожидала, что отец, как обычно, будет мертвецки пьян, однако Карл Лэндис был абсолютно трезв. Убрав в холодильник молоко, Глория хотела обойти отца и уйти в комнату, однако Лэндис попросил её остаться, и присел возле окна.
— Я знаю, что ты меня презираешь. Да я и сам себя презираю, — сказал Карл с нескрываемой печалью в голосе.
— Ну и что с того? Мысли об этом теперь должны меня греть по ночам? — спросила Глория с сарказмом.
— Вовсе нет. Я намерен начать новую жизнь, — сказал Карл, и закашлял. — Дай мне воды, пожалуйста.
Глория поставила на стол графин с питьевой водой. Сделав несколько глотков, Лэндис встал из-за стола, и достал из холодильника 4 бутылки водки.
— Твоя новая жизнь до боли похожа на старую, — подметила Глория, решив, что отец собирается напиться.
Но вместо этого Карл вылил содержимое всех четырёх бутылок в раковину, затем проделал то же самое и с двумя бутылками абсента.
— С этого дня ни капли алкоголя. Он сведёт меня в могилу, — объяснил Лэндис свой поступок.
— Это ты сейчас так говоришь. В вонючей дыре, в которую я попала из-за тебя, собирается множество алкашей. Каждый десятый из них обещает бросить, но при этом вновь и вновь возвращается. Чем ты лучше их?
— Ничем. У меня нет ни силы воли, ни чувства меры. Именно поэтому я на следующей неделе отправляюсь в реабилитационный центр на Актароне.
Глаза Глории недобро сузились.
— На какие деньги ты собрался проходить этот курс? — спросила она на удивление спокойным голосом.
Карл позорно отвёл взгляд, и ничего не сказал.
— Понятно всё с тобой. Снова торгуешь мной как какой-то вещью. Браво! Так держать! — воскликнула Глория с притворным одобрением.
— Прости меня, — виновато проговорил Карл, и встал из-за стола.
Как только отец прошёл мимо неё, Глория схватила со стола кухонный нож. Если раньше она ещё сомневалась в правильности своего решения, то теперь все сомнения отпали. Нагнав отца в коридоре, Глория вонзила ему нож в спину. Лэндис вздрогнул, и жалобно застонал.
— Я тоже намерена начать новую жизнь, — сказала Глория, и начала крутить ножом из стороны в сторону.
Как только она вытащила нож из спины отца, бездыханное тело Карла Лэндиса рухнуло к её ногам. Первоначально Глория собиралась сообщить об убийстве отца в полиции, сказав, что обнаружила его мёртвым после возвращения с работы, но этот план имел слишком много изъянов. Затем девушка планировала спрятать тело, но в таком случае, о страховке, ради которой всё и затевалось, придётся позабыть. И тогда Глория поняла, что сможет замести все следы лишь с помощью поджога. Взяв отца за руки, и оттащив его тело на кухню, Глория вытащила из холодильника весь абсент, и начала методично разливать его по кухне, затем по комнате. Гибель родного отца и уничтожение дома должны были подтолкнуть Алекса Дроу к решительным мерам. Глория хорошо изучила своего ухажёра, и знала, что Алекс не оставит её в беде. При этом Глория не собиралась рассказывать ему про то, что Карл Лэндис застраховал свою жизнь.
«Если Алекс не заберёт меня с Тлайкса, значит я совсем не разбираюсь в мужчинах!» — думала Глория, поджигая занавески в своей комнате, затем проделывая ту же процедуру и на кухне.
Стоя возле входной двери, Глория смотрела как пламя распространяется по дому. Гораздо позже обгоревший до неузнаваемости Карл Лэндис будет приходить к ней в ночных кошмарах, но даже тогда Глорию не будет мучить чувство вины. Она разделалась с человеком, испортившим ей жизнь, и при этом неплохо заработала.
«Я сделала всё необходимое. Не подведи меня, Алекс», — подумала Глория, глядя на огонь, затем открыла дверь и выскочила на улицу.
