Безвылазно сидя в четырёх стенах, Хоук пытался разработать план по устранению Дугласа Крейна. Штурм башни-офиса, как и любая попытка незаметного проникновения, были заранее обречены на провал. В здании было полно охраны, установлено множество камер слежения и датчиков движения. Кабинет Дугласа был расположен таким образом, что ни один снайпер, каким бы зорким он ни был, не смог бы попасть в лидера Синдиката с такого расстояния. Поскольку Дугласа нельзя было достать в башне, стоило перехватить его в каком-нибудь другом месте. Проблема заключалась в том, что о перемещениях Крейна знали единицы. Все они были большими людьми в Синдикате, хотя их охрана была не столь многочисленной, как охрана Крейна. Хоук мог бы разобраться с телохранителями, жёстко побеседовать с кем-нибудь из важных шишек, и выбить всю необходимую информацию, однако действуя настолько открыто, Натан рисковал наследить, потому и решил действовать более тонко. Он приказал Квинту побеседовать с другими дилерами, и к концу дня предоставить список клиентов. Джозеф набрался смелости, и спросил что ищет его опасный сосед. Натан ответил, что надеется отыскать среди клиентов наркодилеров кого-нибудь из членов Синдиката, и желательно чтобы они не оказались какими-нибудь шестёрками. Разговор их был прерван телефонным звонком. Квинту позвонил один из клиентов, и назначил встречу на следующее утро. Этим самым клиентом оказался некий Уоррен Стокли. Услышав эту фамилию, Натан сразу определил, что ему нужен именно этот человек. Уоррен был начальником службы безопасности Джонатана Лонсдейла — одного из людей, особо приближённых к Дугласу. Лонсдейл был кем-то вроде пресс-секретаря у Крейна, а стало быть знал всё о передвижениях лидера Синдиката. Хоук приказал Квинту побеседовать с Уорреном, и договориться о встрече с Джонатаном.
— А если Уоррен пошлёт меня куда-подальше? — резонно поинтересовался Джозеф.
— Пригрози, что расскажешь о его тайных пристрастиях. Если бы Лонсдейл знал, что его начальник службы безопасности время от времени балуется наркотой, он бы не доверил ему даже чистку унитазов.
— Предлагаешь шантажировать Стокли? Да ни за что! Он же меня за это грохнет на месте!
— Не грохнет. Скажи, что принял необходимые меры предосторожности.
— Какие ещё меры?
— А вот об этом пусть голова болит у Стокли. А теперь иди, и не вздумай сдрейфить.
Джозеф пообещал всё сделать в лучшем виде, и вышел из дома. По пути к точке, он в который раз подумал, что надо что-то сделать с опасным соседом, пока есть такая возможность. Квинт боялся лишний раз повернуться спиной к Хоуку, но ещё больше он боялся стать предателем в глазах Дугласа Крейна.
«Его надо было сдать в первый же день. Теперь я его сообщник, и меня пристрелят раньше, чем я смогу всё объяснить. Пока стоит держать язык за зубами, и не провоцировать Хоука», — решил для себя Квинт.
Когда Джозеф пришёл к кинотеатру, Уоррен уже был на месте. Заметив дилера, Стокли кивнул, и зашёл в переулок. Квинт незамедлительно последовал за ним. В отличие от прочих наркоманов, Уоррен приобретал у Джозефа не порошок, а особые таблетки, не продающиеся в аптеках. Это были мощные антидепрессанты, вмиг снимающие стресс, и позволявшие человеку сохранять трезвость мысли.
— Принёс? — на всякий случай уточнил Уоррен.
Квинт достал из кармана пузырёк с волшебными пилюлями. Уоррен хотел забрать таблетки, но Джозеф резко отдёрнул руку назад.
— Ты их что, как конфеты ешь? Последней дозы должно было хватить по меньшей мере ещё на две недели! — проворчал Квинт.
— Должно было, но не хватило! — огрызнулся Стокли.
Джозеф был недалёк от истины. Уоррен подсел на антидепрессанты в прошлом году. Работая начальником службы безопасности Джонатана Лонсдейла, Уоррен обнаружил, что трое его подчинённых пытаются вскрыть сейф Джонатана. Задержав злоумышленников с поличным, Стокли был вынужден доложить Джонатану об этом неприятном инциденте. Джонатан спокойно выслушал Уоррена, затем приказал отвезти незадачливых клептоманов на мясокомбинат и пустить на фарш. Стокли и так раньше знал что вращающиеся механизмы делают с живой плотью, но одно дело знать, и совсем другое — видеть своими глазами. Незадачливые воришки умоляли о снисхождении, а когда поняли, что это бессмысленно, стали просить о быстрой и безболезненной смерти. Теперь Уоррен жалел, что остался глух к их мольбам. Жестокая экзекуция сказалась на психическом состоянии Уоррена. Будучи хладнокровным человеком, привыкшим всё контролировать, Стокли стал время от времени испытывать сильное беспокойство, грозящее перерасти в панику, что для начальника службы безопасности было неприемлемо. Сначала ему хватало одной таблетки на целую неделю, но потом всё стало намного хуже. В итоге Уоррен стал хвататься за таблетки при первом же дискомфорте, хотя делал он это только тогда, когда поблизости никого не было.
— Не бережешься ты себя, — с притворным сочувствием проговорил Джозеф, отдавая покупателю пузырёк.
