Она по-соддийски переговорила с магом Трейном, и заявила Кантане, едва они сошли с дракона на стену Шайтакана:
— Княгиня, мне кажется, что магу стоит тебя проверить, а то вон императрица уже намекает. Да-да, у молодой женщины иногда голова кружится по очевидной причине.
— Ещё слишком рано, — отмахнулась было Кантана, но минутой позже согласилась.
Действительно, почему бы и нет?..
В той самой маленькой библиотеке маг Трейн усадил её в кресло, и принялся водить вокруг маленьким квадратным кристаллом. Впрочем, он управился быстро, выпрямился и широко улыбнулся.
— Рад сообщить тебе радостную весть, моя лира! Ты уже носишь ребенка. Полагаю, что сына.
Мантина радостно всплеснула руками. Кантана была ошарашена. Ребенок? Её ребенок? Он уже есть, существует?..
Нет, понятно, конечно, что со временем у неё должен будут родиться дети, но чтобы так скоро! Её ночи с князем можно пока пересчитать по пальцам!
— Дьян будет счастлив. Он давно мечтает о сыне. Ты рада, княгиня?
— Да, конечно, — они кивнула, улыбнулась.
Каждая женщина должна радоваться такой вести. Но в груди что-то сжалось, тоскливо и больно. Радости не было, счастья не было.
— Благодарю за хорошие вести, лир маг, — сказала она бодро.
Следовало хотя бы притворяться довольной.
— Как я понимаю, ты совершенно здорова, лира, — сказал маг, — тебе нет нужды в чём-то себя ограничивать. Однако не утомляйся излишне, и старайся избегать ненужных переживаний. Таких как сегодня, например.
— Спасибо, лир маг…
Рекомендации, которые дают лекари в подобных случаях, прекрасно известны всем.
— Я хочу ужинать внизу, — сказала Кантана, — надоело сидеть взаперти. Давно пора осмотреть, наконец, весь замок. Ардай вернулся?..
С Ардаем они встретились за столом. Он опоздал, пришёл, когда всё уже закончили есть, и был оживлён и насмешлив чуть больше, чем обычно.
— Хорошая прогулка получилась, тётушка? Нет желания повторить?
— Есть, конечно, — и бровью не повела Кантана. — Надеюсь, в следующий раз присоединишься. Император справлялся о тебе, — последнее она сочинила, конечно.
— Хм, — Ардай положил перед ней на стол тетрадь в мягкой кожаной обложке.
Старую тетрадь, с тиснёным золочёным узором. Кантана осторожно открыла её и увидела герб Виаланов на обратной стороне обложки, на шелковистой кремовой бумаге.
— Это записная книжка твоего деда. Лир Геле… лир Гент, я хочу сказать, нашёл среди бумаг. Сундук с бумагами стоял в потайной кладовке и принадлежал опекуну ленны Кайры Виаланны, твоей матери. Мага заинтересовало вот это, — Ардай открыл тетрадь там, где лежала закладка.
Несколько страниц занимали рисунки: достаточно небрежные очертания женской головки с шеей и плечами, кистей рук. И надписи рядом с рисунками: «открыть», «пропустить», «сундук открыт», «сундук заперт», «запереть», и ещё с десяток других.
— Что это? — удивилась Кантана.
— Вот, посмотри, — Ардай ткнул пальцем в рисунок, — тут нарисованы украшения, но надеты они по-разному. Кольца и браслеты, на разных руках и на разных пальцах. Диадема, серьги и ожерелье. Не твои семейные изумруды имеются в виду? И пояснения. Не знаю, но я бы попробовал надеть всё это так, как тут, и что-нибудь открыть, или запереть, например. Вот, два кольца на одном пальце, как ты носила в городе, это значит «сундук открыт». Какой сундук, как думаешь?
— О, надо же, — только и сумела сказать Кантана. — да, ты прав, это что-то значит, но я не понимаю, причём тут сундук…
Очередная загадка из прошлого её семьи. Может быть, что-то очевидное, но ей неизвестное. Непрерывная цепочка поколений прервалась, бабушка и дедушка не успели рассказать маме…
Большое кольцо деда тоже было нарисовано и вполне узнаваемо, несколько раз, рядом с колье, браслетами и большим кольцом, но пояснение было одно, там, где кольцо было рядом с колье: «отпустить».
— Это рисовал твой дед, своей рукой, — сказал Ардай, — для себя, чтобы не забыть? Или для твоей бабушки?
— Спасибо, — Кантана захлопнула тетрадь, — и передай мою благодарность магу, который это нашёл. Кажется, это очень важно. Придется разбираться.
— Погоди, ещё не всё, — Ардай взял тетрадь и снова открыл, — твой дед исписал не более десяти страниц. Потом тетрадью пользовался опекун твоей мамы. Он писал заметки. Черновики писем. Что-то подсчитывал. Вот черновики писем императору и князю Каста, об одном и том же — он желал вернуть семейные драгоценности для своей воспитанницы. А скорее всего, он понял, что это ценные артефакты. Всё было спрятано где-то в Касте, и ему ничего не отдали. Видно, твоя мать получила изумруды позже. А тут этот прохиндей прикидывал, за кого выдать замуж ленну Кайру, видишь, целый список? — палец Ардая скользил по странице. — Против имени твоего отца отметка. И условия, на которых заключается брак. И черновик письма старшим Каюбам, о браке твоего отца. Ты разбираешь почерк? Условия брака — опекун твоей матери получает в полную власть её детей, и семья отца не препятствует. А мы гадали, почему допустили такой неравный брак. А это просто сделка. Да, Виаланы формально были именями, но Каюбы им в подмётки не годились. Ты поняла?
