— А ты, вообще, знал кого-то из Изумрудных, Дед? — заинтересовался Ардай.
— Нет, что ты. Я для этого недостаточно стар. Даже когда жил мой дед, их уже давно не существовало. И теперь, значит… Н-да… Теперь цветок снова расцветёт. Появится надежда.
— Э… цветок? — ничего не понял Ардай.
Старик достал откуда-то и бросил на стол что-то маленькое, сверкающее, оно покатилось и Ардай накрыл ладонью, не дав упасть. Это было женское кольцо — тоненькая шинка и цветок с кроваво-красной рубиновой серединой и лепестками из синих сапфиров, зелёных изумрудов и фиолетовых аметистов. Ярких, сочных оттенков камни.
— Это большая древность, ещё из того мира, — пояснил Дед, — цветок жизни. Просто символ. Нигде больше сапфиры и изумруды не ставили вместе. Чтобы цветок распускался и жизнь продолжалась, нужны все лепестки. Я много думал об этом, когда появилось время, — он усмехнулся, — прочёл все, что у нас есть о Древних. Может быть, вместе с Изумрудами мы бы сохранили Исконный мир, кто знает? Да, они были слабыми, и безмолвными, что самое ужасное. Но и сильными кое-в-чём. Мастерство плетения нитей мира принадлежало им. Мастерство плетения сил. Видишь ли, я ведь даже не понимаю толком, что это такое. Это была какая-то весьма мощная магия, если верить хотя бы половине того, что написано.
— Почему тогда они вымерли?
— У всего есть слабые места, — пожал плечами дед. — Я ничего об этом не нашёл. Но всегда была надежда, что кровь Изумрудных, растворённая в остальных соддийцах, соберется в крупные капли, Изумрудные снова появятся. И тогда наше вымирание здесь прекратится. А оказывается, они просто выжили здесь, в отличие от остальных. Это, конечно, уже внушает надежду. Но то, что ты о них рассказал… Даже не знаю. Получается, они дураки какие-то. Как на них полагаться? — Дед хитро усмехнулся.
— У них считали, что нас надо спасать, только не понимали, как именно. Думали, что мы потеряли человеческую суть и перво-наперво нуждаемся в её возвращении…
— Мы постепенно вымираем и нас надо спасать. Тут они правы.
— Они тоже не благоденствуют, я бы сказал.
— Значит, мы тоже должны им помочь. Видимо, мы нужны друг другу, и в этом всё дело.
— Нельзя судить поспешно? — вздохнул Ардай.
— Именно, внук, именно.
— Дед, мы догадались уже, что Кантана — потомок Изумрудных, — вспомнил Ардай. — Но дядя просил помалкивать. Говорил, что тогда Кантану могут принять плохо. В то время как крови Изумрудных уже не должно в ней быть.
— Всё верно. Ей и без этого никто не порадовался, — спокойно согласится Старший Дьян. — Такой брак с Изумрудами всегда был запрещён для князей. Что ж, князья Изумрудов, я уверен, тоже не женились на Сапфирах. Причина проста — сыновья князей должны быть наследниками, а значит, повторять отцов.
— Я понял, Дед…
Ардай понял так, что общая судьба Кантаны и дяди была решена. А ведь он поначалу был так изумлён и обрадован её превращением! И представлял, что дядя тоже обрадуется. А оно вон, значит, как. «Сапфир и Изумруд в одной оправе…»
Старший Дьян убрал на место книгу, кольцо забросил в тайник.
— Ну, пошли. Слетаем к Альме. Отнесешь меня.
— Погоди, Дед. Надо найти Кантану.
— Зачем её искать? Куда она денется? — махнул рукой старик. — Нам нужно к Синему камню.
Когда они прилетели, Альма сразу появилась из пещеры. Дед учтиво поздоровался первый, она лишь кивнула.
— Расскажи-ка мне, чему научила Изумрудную, — то ли попросил, то ли велел Дед.
— Невозможно, — скупая улыбка тронула тонкие сухие губы Помнящей.
Она посмотрела равнодушно и скрылась в своей тёмной норе.
— Ну нет, без ответов не уйду. Жди тут, — бросил старик, и ушёл следом.
Вернулся он, когда Ардаю уже порядком надоело разглядывать облака.
— Альгейла, — сообщил Дед неизвестное слово. — Никому не говори! — зачем-то добавил он, после чего Ардай честно постарался это слово запомнить.
— А что это? — уточнил он. — И что же ей подарила Альма?
— Говорю же — память драконицы из Альгейлов. Это род Мастеров-плетельщиков, третий в списке, золотом, — пояснил дед. — Она, конечно, знала Мастерство, и если у дочки мага есть хоть капли силы, и она сможет пользоваться… Вот кто бы такого ждал, а?.. Ради этого можно и башмаки съесть, мой мальчик.
— Кажется, у неё не капли, Дед, — отчего-то уверенно заметил Ардай, отчего старик удивлённо на него покосился, — я думаю, она сильная.
Всю обратную дорогу до Дарьявела Ардай веселился. А что, если представить Деда, жующего башмаки…
— Тебе надо проверить, не вернулась ли наша Виаланна в Шайтакан, — распорядился Старший Дьян, едва Ардай превратился. — И не медли. Когда найдёшь её, возвращайтесь оба. Поговорим.
Тон Деда возражений не подразумевал. Ардай безуспешно поискал в Дарьявеле Шалу и Мантину, разозлился на обеих и улетел в Шайтакан. Один. Мысль, почему Дед отправил его одного, мелькнула лишь раз и надолго не задержалась. А что такого, он ведь и прилетел, можно сказать, сам, без провожатых. С Кантаной и Мантиной, это верно, но летел-то один! Злость и солнечный день помогали двигаться быстро…
