– Вот и хорошо, – Богданов тоже, вслед за генералом, решил замять затянувшуюся неловкую паузу. – Позвольте представиться и нам.
Все пятеро бойцов, начиная с Богданова, отрекомендовались, назвав свои позывные. Все, что Илье Евстигнеевичу было надо, так это запомнить позывные и при этом не перепутать, кому какой позывной принадлежит. Но оказалось, что это для него непосильная задача. Он безнадежно запутался в пяти позывных, переиначил их, перепутал, кому какой позывной принадлежит. Богданов лишь руками развел в ответ на столь безуспешные усилия ученого человека.
– Мне бы лучше по именам, – смущенно произнес Илья Евстигнеевич. – Имена я запоминаю неплохо. И никогда их не путаю.
– Что ж, давайте по именам, – с недоверием произнес Богданов. – По большому счету, какая разница. Меня зовут Вячеслав…
Он поочередно назвал имена остальных бойцов.
– Ну вот и познакомились, – сказал генерал Скоробогатов и обратился к подполковнику: – Вы обещали представить мне план. Он у вас готов?
– В общем и целом, – сказал Богданов. – Необходимо лишь уточнить кое-какие моменты.
– Ну, так давайте уточнять! – решительно произнес генерал. – Я так понимаю, что от меня потребуется помощь?
– Так точно, – ответил Богданов. – Потребуется.
– Что ж, если надо для дела, то я готов, – сказал генерал.
План, придуманный Богдановым и его подчиненными, в общем и целом заключался в следующем. Спецназовцам надо было попасть в Гамбург и оттуда начать поиски украденных икон. Но при этом не любыми путями попасть в этот город, а исключительно на торговом судне «Ария». Пока корабль будет плыть из Клайпеды в Гамбург, Богданов и его группа намеревались провести на судне определенную работу. То есть начать поиски икон не в порту Гамбурга, и не в самом Гамбурге, и не в прочих западногерманских городах и весях, а именно на судне. Конечно, никто не надеялся, что иконы будут найдены на «Арии», но какие-то следы икон вполне могли там обнаружиться.
– И что это за следы? – с недоумением спросил генерал Скоробогатов.
– Понятия не имеем, – Богданов пожал плечами. – Но поскольку, как нам известно, иконы перевозились на «Арии», то хочешь того или не хочешь, а следы должны остаться. Может, какой-то тайник, может, еще что-нибудь… Но даже не это главное. Самый главный и самый важный след – это тот самый человек, который перевозил иконы.
– Понимаю, – сказал генерал. – Человек, который изо всех сил прикидывается немцем, но не немец…
– Вот именно, – подтвердил Богданов. – Скорее всего, этот тип постоянно находится на корабле. То есть он член экипажа корабля. Это очень удобно. Из Клайпеды – в Гамбург, из Гамбурга – в Клайпеду… Никто и внимания на него не обратит. На судне, думается, таких добрая сотня. И попробуй-ка его вычисли – среди этой сотни! Среди ста человек спрятаться очень даже легко. Верней, среди девяноста девяти… Поскольку один из ста – тот самый контрабандист. Нам-то он и нужен. Нужно его найти, уговорить, чтобы он все нам рассказал, во всем покаялся, а заодно поведал и о своем хозяине – Художнике. Нам нужно выдернуть этого красавца из девяноста девяти человек.
– Из ста двадцати четырех, – сказал генерал. – На «Арии» штатная численность экипажа – сто двадцать пять человек. Я узнавал.
– Ну, тем более. – Богданов помолчал и сказал: – Так вот, нам нужно попасть на этот милый кораблик. И сплавать на нем в Гамбург и обратно. Причем так, чтобы никто нас не заподозрил – кто мы есть такие на самом деле.
– Хорошенькое дело! – Генерал Скоробогатов озадаченно почесал затылок. – И как вы это себе представляете?
– Очень просто, – сказал Богданов. – Нам нужно на время стать членами экипажа. Пять человек экипажа пускай на время останутся на берегу, а мы, значит, вместо них.
– Шесть, – поправил Богданова Дубко.
– Что? А, ну да, шесть… Илья Евстигнеевич также должен будет на время переквалифицироваться в матроса.
– В принципе это дело решаемое, – поразмыслив, сказал генерал. – «Ария» ходит за границу – так? Так. Значит, и люди, которые на ней, также регулярно бывают за границей. А это – дело ответственное, государственное и политическое. И потому всегда можно найти формальный повод, чтобы списать на время с корабля шесть человек экипажа. Скажем, чтобы перепроверить какие-нибудь их биографические моменты, которые вдруг взяли да и неожиданно образовались. Дело обычное, а потому оно ни у кого не вызовет подозрений. Ну, а место тех списанных матросиков займете вы – ведь нельзя же серьезному кораблю отправляться за границу с неполным экипажем! Так я себе мыслю это дело.
– И единственный, кто будет знать о нас, кто мы такие, – это капитан, – дополнил Богданов. – Знать и молчать.
– Само собою, – согласился генерал. – Но это дело самое обыкновенное. Капитан в каком-то смысле наш человек. Неужто мы бы пустили за границу кого-то не нашего? Что ж, на том и порешим. Мне доложили, что «Ария» через два дня возвращается из Гамбурга в Клайпеду. И будет стоять в порту под погрузкой как минимум неделю. За эту-то неделю мы все и решим. Спишем шестерых морячков на берег, подготовим документы на вас шестерых…
