– Магическая гуарана, с плодами, – подсказала ему сестра подрагивающим голосом.
Ректор кивнул и продолжил так уверенно, будто эта «гениальная» идея была придуманна лично им, а не предложена толстым меховым прохвостом, с довольным видом восседающим на столе:
– Очевидно, Флорина не сможет сделать это в текущем состоянии. Поэтому… Кара Осма… эм… Небесная разберется, что не так с её нитями, восстановит их и наполнит силой. Да! – он потер руки в предвкушении, – это будет исследование её уровня!
Моего уровня?! Да за кого он меня принимает?
– Но господин ректор, – тихо воспротивилась я, – вы меняете мне тему диплома за три месяца до защиты…
– Все верно! – довольно ответил он, – Или так, или отчисление.
Вероятно, для нас обеих?!
– Господин ректор! – вступилась за меня профессор Доронкина, – вы прекрасно знаете, я уезжаю на практику. Как Кара будет писать диплом в столь сжатые сроки без руководителя?!
«Вы в своем уме?!» – читалось в её голосе.
Я была с ней полностью согласна. Над работой, небрежно лежащей на столе перед ректором, я работала не один год. И она была гораздо проще!
Да что там! Я понятия не имела, как писать «то, не знаю что», заданное профессором Шереметевым.
Ректор, меж тем, уже выводил на листке новую тему – «Усиление энергетических нитей с последующим…»
У меня потемнело в глазах.
– Раз уж пошла речь про исключения, – подала голос беловолосая ведьма, – думаю, я могу взять себе такую перспективную студентку. Но только одну. И только в порядке исключения.
Все это время незнакомка сидела в кресле у окна. В наших изысканиях и перепалках с ректором не принимала никакого участия.
– Вы? – выпалила я и смутилась – это было ужасно невежливо, тем более, что мы с ней даже не знакомы.
– Луиза фон Скальва, – преставилась она, – профессор Магического растениеводства.
Она изящно перетекла в вертикальное положение, так неуловимо и грациозно, что шелк её платья ни разу не хрустнул. В её движениях было так мало человеческого, что мы с Флориной уставились на нее во все глаза. Сестра от удивления даже перестала дрожать и всхлипывать. А я… вопросительно посмотрела на профессора Доронкину.
Профессор отреагировала немного не так, как я ожидала… Она не была против! Кажется, она была даже рада такому повороту событий! Лицо её просияло, мой профессор тут же принялась собирать по ящикам и шкафам мои документы!
– Прекрасная новость! Великолепная! – ректор своей радости тоже не скрывал, – Луиза Карловна, теперь-то вы согласитесь прочитать пару лекций для старших курсов? По ядовитым растениям и…
Дальше они начали обсуждать детали её рабочего контракта. Как я поняла, читать лекции беловолосая Луиза Каролина не горела желанием, а тут такой удобный момент, за который ректор с радостью зацепился.
Нас с Флориной быстро выставили из кабинета.
– Кара, – шепнула мне мой профессор напоследок, – зайти на кафедру артефакторики, найди аспиранта Ингвара Шабу. Он сейчас пишет кандидатскую по похожей теме. Возьмешь у него список книг и… в целом, поговори с ним.
Я кивнула.
– А я? – робко спросила Флорина.
– А ты во всем слушайся сестру, – нахмурила брови мой профессор, – ты доставила ей достаточно проблем.
Из моей груди вырвался тяжелый вздох. Я была благодарна профессору за заботу, но что-то подсказывало мне – время действия Флорининых обещаний ограничено… ограничено её желанием удовлетворить собственные прихоти.
Я хотела протестовать, но профессор сунула мне в руки тему нового диплома, а Флорине – её засохшее недоразумение с осыпающимися листьями.
Мы остались наедине с Флориной.
Слезы быстро высохли на её золотистых ресницах.
– Кара, – прошептала она, прижимая к груди горшок, – ты же поможешь мне? А иначе…
– Иначе что? – с вызовом спросила я.
– Иначе я всем расскажу, что ты беременна! Ты же знаешь, стоит поползти слухам и родители Романа немедленно разорвут помолвку.
Я подавилась вдохом. Что? Как она вообще смеет меня шантажировать! Такого я не ожидала даже после всего, что произошло.
– Молчи! – вырвалось у меня, – И лучше – исчезни! Не попадайся мне на глаза, а я…
– Что ты?
– Я постараюсь тебе помочь. Но не потому что ты этого хочешь! Я сделаю это… для своей семьи. Для бабушки, для своего нерожденного ребенка! Он обязательно вырастет с отцом, чтобы ты ни сделала, Фло! Я верну тебе силу, хоть ты и не заслужила её. Возможно они правы, тебе место в мире людей!
– Да ты меня ненавидишь! – завизжала сестра, – Так и знала, ты стыдишься меня, раз я такая слабая! Но я – ведьма! Я – ведьма!
А ведь она так слаба, что даже не видела проекции аур и об изменениях, происходящих с ней, знает только то, что услышала в обрывках разговоров.
Я молча смотрела на её истерику.
Флорина же кричала так, что в кабинете за дверью, кажется, заметили.
– Знаешь, ты права. Ты ведьма, – наконец, сказала я, – но если продолжишь в том же духе, превратишься в обычного человека.
И пока сестра умолкла, осознавая услышанное, я развернулась и покинула деканат.