— Я ещё не видела дом. — И она шагнула по дорожке вперед. — Но у тебя и в городе красиво. Здесь места больше. Ты сам тут все сажал?
Из горла вырвался смешок пополам с рычанием. Как же это понравилось зверю! Женщина восхищенно пялится на дом, который он создал много лет.
— Сам, — прокашлялся я на ее настороженный взгляд.
— Правда? — вздернула она бровь. — Все-все сам посадил?
— Я посадил тут и выбросил уже много всего.
И не жалел теперь, что долго перебирал. Осенний пейзаж тут теперь особенный. Мелколистные клены, редкие декоративные кусты с ягодами, всевозможные сорта рябин — все это взрывалось калейдоскопом нестерпимо ярких пятен перед глазами и остужалось лишь кропотливо подобранным охлаждающим фоном из вечнозеленых трав и темно-зеленой хвои. Пахло тут тоже по-особенному.
Ринка заворожено углубилась в сад, и я решил оставить ее одну. С территории она все равно никуда не денется. А меня уже ждали. Я только отголоски запаха уловил, да и то мне казалось, что сын Харук Хана оставляет этот пряный шлейф, чтобы предупреждать о себе. А не потому, что я на самом деле мог его засечь.
— Привет, Дзери, — оглянулся я на веранду.
Мой управляющий, ожидавший на верхней ступеньке, кивнул — юный маг, вероятно, получил задание от отца охранять меня здесь. Сам Дзери вскоре вышел из-за угла дома и широко мне улыбнулся, махнув рукой.
Худой высокий парень в тяжелом кожаном плаще смотрелся своеобразно. Но то, как рисовалось смущение на его лице, мне понравилось. Он подошел ко мне и красноречиво пожал плечами, мол, сам понимаешь, дядь Миш, папе не возразишь — послал досматривать.
— Ты надолго тут?
Дзери указал на меня, прищурив один глаз. Видимо, пока я тут.
— Твой папа меня бесит, — нахмурился я.
Дзери серьёзно нахмурил брови, понимающе кивая, и снова пожал плечами. Я покачал головой и усмехнулся:
— Кофе будешь?
Парень кивнул. Я поднял взгляд на управляющего:
— Я не меньше, чем на неделю. Посели, пожалуйста, Дзери с удобством в доме для гостей.
Юный ведьмак округлил глаза и взмахнул руками, выражая протест, но я только нахмурился:
— В палатке рисовать неудобно, — отрезал. — Ты практикуешься?
Дзери энергично закивал и вытащил мобильный — фотоотчет с его работами уже ждал меня. Подготовился. Вообще, парень был без ума от искусства уличного граффити. Его рисунки красовались в особенно малодоступных местах, заставляя людей очень сильно удивляться, как же художник достал до таких стен и других поверхностей. Собственно, на этом Дзери когда-то и поймали. Только все это было предлогом, и вытаскивать его пришлось из места, далекого от официальной комнаты задержания.
— Ну, пойдем покажешь, что нарисовал, — кивнул я ему на диван в углу веранды.
Каждый раз я удивлялся силе духа этого парня и его желанию жить. Может, видел в нем юного себя… Дзери не говорил с тех пор, как я вытащил его из плена.
И врачам оставалось лишь догадываться, через какой ужас парню пришлось пройти — он не делился ни с кем. Да и что там гадать, если тварь, у которой я его выдрал, должна была давно удавиться собственной кровью за извращенные издевательства над детьми. Только предсмертные вопли никак не остудили воспаленных болью картин, что пришлось увидеть в его логове. Ринка говорила, что я зря прожил эти годы, но она была неправа. Много чего в прошлом меня радовало за такое вот настоящее, которое удалось подарить хоть кому-то.
— Хорошо, — кивал я, листая фотографии в мобильном. — Вот это отличное решение… Какая палитра… А вот это не закончил?
Глаза Дзери светились, когда встречался с ним взглядом. Он указал на меня, потом на себя и приложил ладонь к груди.
— Пожалуйста, — кивнул я, принимая благодарность за коллекцию красок, которую отправил ему пару месяцев назад. — Остались ещё?
«Много», — показал он руками.
— Порисуем же, пока ты все равно тут?
И снова он кивнул, улыбаясь. А в следующую минуту обернулся к саду и вернул мне вопросительный взгляд.
— Это моя Ринка там, — ответил я с готовностью, даже не задумавшись. — Я люблю её.
Дзери показал мне большой палец, улыбаясь, а я прокашлялся и… усмехнулся. Ну, вот я и сам с легкостью признаюсь кому-то в чувствах к Ринке. И звучит это как нечто обычное. А на нее я так взъелся…
Когда она показалась на дорожке, я тронул ведьмака за плечо, и вместе мы уставились на Ринку.
— Здравствуйте, — настороженно поднялась она к нам по ступенькам.
Кот дрожал у нее за пазухой, пялясь на новый мир вокруг. Завидев знакомого меня, он возмутился громким мявом, мол, какого черта я его сюда привез?
— Рин, это Дзери, сын Хана, — представил я парня, но, видя, что моя ведьма не спешит отвечать на его улыбку взаимностью, объяснил: — Дзери не говорит. И он здесь у меня занимается живописью.
Ринка расслаблено опустила плечи и улыбнулась, протянув парню руку:
— Привет, я Катя. — Она потянули кота из-за пазухи. — А это Дали. Я его на улице подобрала.
Она села в кресло и выпустила кота к нам на диван. Дзери принялся заигрывать с ним солнечными зайчиками в ладони, а я смотрел, как Ринка, уперевшись локтем в стол, растекается в кресле.
— Погуляла? — спросил глупое.
