— Странный ты, Ризан. — зло бросила женщина. — И в прошлый раз именно мимо твоей палатки потеряли правительскую девку. Ох и лютовал тогда Правитель!
— Да ну! — рассердился Ризан. — А что напротив моей еще Сарим стоит, так это ничего! А то, что тут пол торгового с разбойниками торгует, так это тоже ничего! А как к честному Ризану привязаться, так обязательно!
— Ну все, пошла я искать девку. Авось далеко такая не убежит. Ничего о городе не знает. Заблудится в трех улицах.
— Вот и иди.
Голос Айлимы стих, а я на пару со Стасей ругала себя на чем свет стоит. Ой, какая ж я дура-то! Права в этом женщина, ох права.
От самобичевания меня отвлек голос торговца. Он не стал ко мне подходить близко, но негромко заговорил.
— Ты, девочка, сиди и не высовывайся. Не боись, не сдам тебя никому. Ту не сдал, и тебя не сдам. Небось от Правителя бежишь?
— Ик!
— Да не бойся. Та, первая, тоже от него бежала.
— Почему? — тихонько спросила я.
— Да дурочка потому что. Да и Правитель наш тоже идиот. Любили они друг друга сильно, да он ей житья не давал. Точно куклу во дворце запер и держал. А Вириэль сбежала. Любила его, но задыхалась от этой любви. Вот и сбежала. И, поговаривали, в свой мир вернулась.
— Она не здешняя была?
— Да нет, с Земли какой-то. Я такой и не знаю даже.
— Как с Земли? — от удивления я аж высунулась.
— А ну спрячься обратно! — шикнул Ризан. — Да, так и назывался ее мир — Земля. А что, знакомая твоя? Ты что, тоже иномирянка?
— Может быть знакомая, а может и нет. — пробормотала я.
— Ей помог, и тебе помогу. А ты ноги береги пока, чего босая то бежала?
— Так не было у меня обуви, — вздохнула я. — И дома не было, и тут как-то не дали.
— А дома чего без обуви? — удивился мужчина. — Так принято?
— Да нет, на земле то как раз обуви так много, что можно закопаться. — хихикнула я. — Я ж как жертвенная невеста Водяному в этот мир пришла. Сначала в Арлен попала, а потом меня сюда отправили. А мужа я люблю. Мы с ним только в путешествие по его землям отправились, а тут я вдруг просыпаюсь здесь, без памяти и без супружеской связи. — на глаза навернулись слезы.
— Водяной… Ох ты, как далеко ты оказалась. — посочувствовал Ризан. — Мы находимся на дальнем краю Великой Пустыни от границ с Водным Краем.
— Мне бы хоть немного чистой водички. — вздохнула я.
— Прости милая, у нас тут с водой туго. — вздохнул торговец. — Тебе на Оазис надо. А вот рек, да морей, отродясь не бывало. Хотя, есть у нас все же выход в большие воды. Но это далеко. Почти как до границы твоего дома.
— Эх, ладно. — вздохнула я. — Буду решать проблемы по мере их поступления.
— Какие хорошие слова. — усмехнулся он. — А что сейчас решать? Подожди до закрытия торгов, я тебя хоть переодену в нормальную одежду.
— Сейчас я буду плакать. — определилась с целями я.
— Зачем? — не понял Ризан. — Не плачь, девочка, все образуется. Может тебе соку дать? Жарко все ж.
— Да не, — отмахнулась я. — Не в смысле плакать — рыдать, мне просто вода нужна, хоть немножко. Попытаюсь сообщение мужу послать. Есть чашечка какая?
Мужчина аж ко мне в закуток заглянул. Добрые у него глаза. Но настороженно осмотрев меня — видимо, на признаки сумасшествия (хорошо, он про Стасю не знает) — с сомнением дал небольшую плошечку. Кажется, мне в такой, прислужники масло приносили. В самый раз!
Плакать было легко. Раньше. Сейчас же слезы никак не выдавливались. От воспоминаний потери, которыми я пыталась заставить себя пролить слезы, хотелось лишь тихонько выть. Но не плакать.
Да что ж такое!
Время тянулось ужасно медленно. А разбавленное страхом погони — еще медленнее. Но вот солнце опустилось к горизонту, алыми волнами омывая город. Не знала бы, что уже закат, подумала бы, что пожар.
Меня искали. Я была в этом уверена. И все еще не до конца доверяла Ризану. Но сейчас мне деваться было пока некуда. Слез не было. Тоска, страх, отчаяние — все было, а слез не было!
Как перегорело!
Это конечно была подстава подстав. Все же я очень рассчитывала на то, что смогу передать сообщение Ною. Ну или кому уж там дойдет. Главное, чтобы нашим — в… Как там Ризан назвал территории мужа? Водный Край? Кажется, да. Название знакомое. Может быть, Ной говорил мне о нем, только я не помню.
А еще, мне нужно позарез вспомнить все. Вот просто необходимо! Потому чуйка со Стасей на пару ощущают какой-то огромный подвох во всем этом. Настолько огромный, что даже спать мешает. Вопрос «Почему?» не дает мне покоя. Что же произошло? Что? И когда, наконец, я это узнаю?
— Стася? — негромко шепчу я, зная, что та меня услышит, а торговец нет. Он пока лавку сворачивает, занят.
— «Что?»
— А ты не можешь заблокированную память насильно взломать? Мне кажется, что когда я, наконец, вспомню необходимое, будет уже слишком поздно.
— «Пока не могу. — вздохнул голос в голове. — Скорее всего, нужно, чтобы память прошла определенный порог. Как на компьютере, пока не загрузятся определенные проценты, действие невозможно».
— Ясно. Жаль.
