— Да, ты права. — вздохнул он. — А откуда? Вообще Правитель обычно следит за пустынными тропами, но, как и всегда бывает, он не может контролировать абсолютно все. В том числе он плохо контролирует сырую землю, не песок, а именно землю. И некоторые это узнали. И воспользовались.
— Но чтобы была сырая земля, нужна ведь вода! Помимо самой земли то. — сразу вычленила я то, что мне нужно было.
— Да. Разбойники базируются на оазисах. Подземные воды выходят на поверхность, а сам кусочек территории является чистейшей землей.
— Источники, вода! — обрадовалась я. — но ведь ты говорил, что вода есть только на границах.
— Открытая вода. Тебе нужна открытая вода. Здесь — подземная. Ты же не сможешь по этой жиле поползти? — усмехнулся Ризан. — Несмотря на все твое умение Водяницы, это невозможно чисто физически.
— Водяницы? — удивилась я, так меня еще никто не называл.
— Муж у тебя кто? Водяной. Ну а ты — его жена — Водяница. Ну а если серьезно, то я просто сократил. А что? Смысл то не поменялся. — хитро прищурил глаза торговец. — Ладно, давай красить тебя. Держи, это для тела.
Он протянул мне кувшин, кусок ткани и отправил в комнату. В кувшине оказался какой-то сок. Судя по запаху — ореховый, или что-то похожее. Кожа красилась хорошо, а благодаря ткани — равномерно. Я покрыла все, до чего только дотянулась. Нет, можно было бы конечно ограничится конечностями и лицом с шеей. Но вот как раз на таком и прокалываются. На лени.
К мужчине вышла коричневая, как жженый сахар! Даже самой было слишком непривычно. Он критически меня оглядел.
— Нелохо. Но периодически надо будет подновлять. Давай теперь волосы.
Волосы было жалко красить. Тут уже шла краска помощнее. Но делать было нечего, если я действительно хотела сбежать. Или хотя бы не попасться. Да и хотелось думать, что меня кинуться искать дальше, и никто не подумает о самом ближайшем укрытии — городе. Нет, правда, ну кто будет прятаться практически под боком собственной тюрьмы?
Надеюсь. Надеюсь, что они действительно так подумают. Но прошли уже почти сутки. Это действительно ободряет.
Из зеркала на меня глянула… девушка. Темная, опасная. Я не знала, что могу так выглядеть.
— «Тебя выдают глаза» — после некоторого молчания заметила Стася.
И я была с ней согласна. Слишком светлые, слишком открытые. Но тут уже ничего не поделать. Если бы у меня была вода, настоящая, слезы тут не подойдут, да и нет их, тогда можно было бы попробовать изменить цвет. Сейчас же оставалось только опускать ресницы и прятать взгляд.
— «Ась, а если так?» — задумчиво произнесла Стася и я взглянула на себя в зеркало.
Сначала ничего не происходило, а потом я почувствовала, как на поверхность поднимается она, Стася.
Нет, цвет глаз не изменился. Почти. Только едва-едва потемнел, совершенно меняя впечатление. Сейчас мне самой было страшно от этого пристального, нет, стального, как нож, взгляда, что будто препарировал душу, безжалостно и бесстрастно разглядывая содержимое.
— Ух… — Ризан выдохнул, поймав мое отражение в зеркале. — Лучше все-таки прячь взгляд, иначе тебя за убийцу примут и уже по этой причине заберут под стражу.
— Эх. — Стася спряталась, а я огорченно закатила глаза. — А мне так хотелось.
— Чего? Людей пугать?
— Почему бы и да?
— Ну ты… — мужчина посмотрел на меня обреченно. — Ладно, пошел я на торговлю. А ты сиди и не высовывайся. Еда есть. Книги у меня есть парочка, если что, найдешь в моей комнате. Так что, прости, но сиди пока и не высовывайся, хорошо?
— Да. — куда ж мне еще высовываться, жить то охота. — Спасибо, Ризан.
Он усмехнулся да махнул рукой выходя.
И я осталась одна. Супер, и что теперь делать?
И я сделала то, что не позволяла себе уже много лет. Я просто все отпустила. Нет, конечно же ненадолго. Но вот этот момент, когда можно расслабиться и лежать на кровати ни о чем не думая, раскинув руки. Просто лежать. Просто позволить мыслям течь без контроля. Просто не напрягать разум решением всех тех проблем, которые на меня свалились.
Это было так легко, и так опасно — представить себя легким облачком на бескрайнем небе, листиком, плывущем по глади озера, пушинкой одуванчика, подхваченной ветром.
Это было немного похоже на транс. Но я считала, что это действительно истинное расслабление, когда получается ни о чем не думать. Она странно и интересно действует на человеческий организм. Как перезагрузка для компьютера. Но в этом и ее опасность. Во время процесса и недолгое время после человек становится уязвим. Душа нараспашку.
Страшно. Особенно здесь. Но уже накопилось слишком много того, что сорвет мне крышу. Я поняла это, когда сорвалась во вторую истерику еще будучи в плену. И когда потом не смогла заплакать, хотя мгновение назад на глазах стояли слезы.
Психика человека удивительна. Она гибка и слажена, точно высокоуровневый энергобиологический мотор. Но и он, увы, засоряется. И рано или поздно наступает критический момент. И тогда это катастрофа.
