Тем временем выражение лица Старой Ухи менялось от нейтрального до сильного недовольства. Услышав слово «деньги», она и вовсе презрительно фыркнула.
— Я не прошу у них денег. Я прошу у них, — жрица выдержала драматическую паузу, после чего очень громко договорила, — помощи со Стражем поляны.
Выражение лица шаманки вновь переменилось, теперь выражая нечто среднее между сильной зубной болью и тошнотой. Кажется, опция заплатить деньгами за помощь больше не казалось ей такой уж и неприятной.
Спускаясь в непроглядную тьму пещеры, Тукан с каждым шагом всё яснее понимал, что это никакая не пещера и даже не дыра. Постепенно у стен появилась облицовка, а ступени сделались геометрически правильной формы. Для Фионы и Фалайза эта картина и вовсе оказалась уже знакомой:
— Ещё один курган? — изумился дикий маг.
Группа вышла на до боли знакомое место. Большое помещение с круглыми стенами и гигантским барельефом. Только в этот раз изображался не человекоподобный субъект в процессе колдовства, а некая женщина с оленьими рогами. Она что-то сжимала в руках на уровне сердца, но как раз именно эта часть картины оказалась намерено испорченной.
Этот курган в целом и без посторонней помощи пребывал в куда худшем состоянии, чем тот, который вёл к Некрополису. Повсюду торчали корни, потолок местами обвалился, капала вода. Словом, чувствовалась близость леса со всеми вытекающими, втекающими и произрастающими.
Здесь же, на самом дне, обнаружилась причина, по которой гоблины не спешили решать свои проблемы самостоятельно и даже более того помышляли о побеге. Чётких очертаний тварь не имела. Сплошное месиво из костей, мяса, загустевшей крови и просто мусора. Имелись заметные вкрапления чего-то зелёного, по виду довольно свежего, что намекало, что гоблины всё же сюда как минимум спускались.
Конечно же, тварь была вполне себе живой. Во всяком случае, она периодически конвульсивно подрагивала.
— Идеи, предложения? — Тукан, давая знак остановиться, замер на последних ступеньках лестницы, не касаясь пола.
— Давайте я… — начал Фалайз, замахиваясь посохом.
— Напоминаю, мы под землей, явно не в самом устойчивом месте. — Крестоносец указал на упавшие с потолка куски камня. — Нельзя жахать — жалхальщики этого не переживут.
— Сжечь? — предложила Фиона.
Это звучало вполне неплохо, но ровно до тех пор, пока не вмешалась Эланна:
— Хм-м-м. Я уже встречалась на своём пути с этими тварями — таких называют аберрацией. Они вправду хорошо горят, но выделяют едкий газ. Мы отравим себя и всё вокруг на долгое время.
— Взрывать — нельзя, рубить — долго, жечь — будет только хуже. Да это тот же самый вождь-борщевик, только живой! Совсем живой… — подытожил Тукан и догадался, — заморозка?
На это уже возражений, как явных так и не очень, не последовало. Фалайз, не слишком доверяя посоху — мало ли что он мог счесть наиболее полезным в текущей обстановке заклинанием — отправился в глубины интернета искать нечто подходящее. Фиона принялась распределять зелья, Эланна — благословлять.
Крестоносец, пользуясь паузой, интереса ради вновь попытался взмолиться. Единственной реакцией на это действие, если это конечно не было случайностью, можно было считать шумно упавшую на шлем каплю воды.
— Среднестатистические голубцы, — повторил он тихо.
Наконец, когда всё было относительно готово, Тукан, перекрестившись в неверном порядке, выдохнув, принялся с опаской спускаться. Старался он это делать тихо и незаметно, но, учитывая громыхающий от любого движения стальной доспех, это имело исключительно комедийный эффект. Аберрация, впрочем, на шум не отреагировала. Разве что конвульсии стали чуть учащеннее, словно бы она волновалась.
— Давай, — поторопил дикого мага крестоносец.
Фалайз выстрелил, благо что нужным заклинанием. Добрая половина твари оказалась закована в лёд. Другая же незамедлительно выстрелила костяным шипом в ответ. Тукан сумел отреагировать, исключительно благодаря рефлексам мечом отразив снаряд в стену. О том, насколько он был опасен, ясно говорил тот факт, что шип застрял в камне, погрузившись внутрь почти целиком.
Лёд тем временем покрывался паутиной трещин, не предвещавших ничего хорошего. Впрочем, пока освободиться у аберрации не получалось. Вместо этого она развернулась, словно очень уродливый моллюск с излишне тяжёлым панцирем, и отрастила сразу с десяток шипастых отростков, изготовившись к стрельбе.
Игроки сразу же и без лишних команд бросились врассыпную. Эланна, приняв частично птичью форму, взмыла вверх. Фалайз и Фиона, не имея такой возможности, старались держаться со стороны льдины. Тукан же, отчётливо понимая, что лучший способ уклониться от шипов — не дать им выстрелить, подскочил практически в упор, попутно пытаясь рубить всё выступающее.
На некоторое время воцарился паритет. Ни аберрация, ни игроки не могли причинить друг другу значимый вред. Однако постепенно ситуация склонялось в пользу твари. И дело состояло даже не том, что Тукан без Вещества едва-едва выживал под градом ударов, шипов и едкой слизи, а Фалайзу требовалось время, чтобы восстановить ману.
