Довольно неожиданно группа, едва-едва поспевавшая за Листиком, прорвавшись через экстраординарно плотную стену деревьев, оказалась в большом куполе. Из-за того, что образован он был сросшимися над головами кронами, даже воздух здесь, казалось, был приятного изумрудного оттенка. Повсюду — на полу, стенах и даже потолке — находились бесчисленные цветы самого разного окраса, чьи широко раскрытые бутоны были такого размера, будто второго шанса себя проявить им уже не представится. Что показательно — ни следа борщевика, хотя снаружи его было предостаточно.
В самом центре располагалось гигантское древо, образующее своеобразную опорную колонну для остальной конструкции. Понять, какой оно породы, было сложно — дерево выглядело практически мертвым. Лишь на нескольких ветках, расположенных наиболее высоко, имелась хоть какая-то листва. Ствол оказался расколот надвое, как от удара молнии, и также обуглен. Возле корней же зияла гигантских размеров дыра, очевидно та самая, Священная. Тем не менее, несмотря на это всё, Фионе скорее на инстинктивном уровне показалось, что речь шла про некую вариацию на тему кедра.
— Давайте мы не будем комментировать, что кедры в этом климате не растут, — предложила она, пронзительно глядя на Тукана.
Тот же, как и остальные, смотрел на зелёную подстилку, закрывающую всю поверхность купола. Не присматриваясь, её можно было взаправду принять за траву. Очень странную, крайне подвижную и местами вызывающе одетую траву.
Их были десятки, а может, сотни или даже тысячи. Все очень разные, но при этом неуловимо похожие. Длинноносые, длинноухие, с чёрными или коричневыми волосами, с неизменной хитрецой в змеиных глазах и, конечно же, зеленокожие. Хотя этот цвет не был единственным на всё племя. Встречались особи с коричневым, синим и даже красноватым оттенком кожи. Перед глазами группы предстал Нидлбгуун во всей своей красе.
— Здрасьте…
Тукан приветливо помахал рукой, отчётливо осознавая, что в этот раз, если он скажет какую-нибудь глупость, ему не поможет ни доспех, ни тем более шлем. Эланна же взирала на это всё глазами, полными слёз счастья человека, оказавшегося в раю. Напрочь позабыв про отыгрыш, она сказала:
— Какие они прикольны-ы-ые!
— Держите себя в руках, — посоветовала жрица тихо.
Повод для лёгкого беспокойства имелся — смотрели на незваных гостей не слишком добро. В воздухе прямо витало неодобрение вперемешку с предрассудками. Впрочем, Фиона заметила, что Листик так же сжалась и замерла с самым виноватым видом из возможных. Гадать, что же случится дальше, не приходилось:
— Ты чего наделала, дурная жабья шишка? — Протиснулся сквозь сородичей отец Листика. — Ты чужаков к нам привела! В такой момент!
То, что дела у гоблинов шли не очень хорошо, было несложно заметить, даже несмотря на постоянное мельтешение и толкучку. Многие были ранены, ещё большее число напугано до состояния, близкого к истерике. Конечно же, появление на пороге священного места тех, кто обычно выступал в качестве врагов, отнюдь не сказался на происходящем положительно.
Катастрофа практически уже началась, когда раздался зычный, скрипучий голос:
— Ти-и-и-их-а-аа! Тиха, я сказала!
Вперёд, не без помощи нескольких служанок, протиснулась древняя и невероятно уродливая даже по гоблинским стандартам старуха. Очевидно, некая вариация на тему шамана. Больше всего она напоминала резко похудевшую до состояния скелета жабу, каждую конечность которой целенаправленно ломали и не один раз. Кроме того, она была слепой, судя по глазам, затянутым молочной пеленой, и абсолютно лысой. Имя у неё оказалось говорящим: Старая Уха.
Другие гоблины, тем не менее, слушались её на неукоснительном уровне. Нарастающий гомон и истерика мгновенно прекратились. Остались лишь редкие шепотки-смешки и чувство тревожного ожидания, повисшее в воздухе.
— Сюда подойдите,
Игроки послушно, стараясь ступать аккуратно, так, чтобы не раздавить какого-нибудь ребёнка ненароком, подошли. Осторожность не была лишней — гоблины и не подумали расступиться, напротив, сбились вокруг, приглядывая, шмограя носами, принюхиваясь и даже местами пытаясь пощупать.
Последнее досталось, как это ни странно, именно Фалайзу. Очень уж населению Нидблгууна понравилась его роба и особенно — длинные уши.
— Чего это они? — натягивая шляпу посильнее, удивился дикий маг.
— Очевидно, они считают тебя своим родственником, — заметил Тукан шёпотом. — Очень далёким, несомненно примитивным и крайне уродливым.
— Тс-с-с! — предотвращая подступающую неприятность на тему слишком длинного языка и неуместных замечаний, шикнула на них Фиона.
— Хм. Нашу милую подругу ждут неприятности, — оглядываясь, с прискорбием сообщила Эланна.
Листик с ними и вправду не пошла, остановившись рядом с отцом. Не нужно было быть экспертом по гоблинской мимике и жестикуляции, чтобы понять, что её ждёт долгая выволочка на тему случившегося.
— Подходите-подходите, я не кусаюсь! — подзывала их Старая Уха, демонстрируя рот без единого намёка на зубы.
