Ветер вперемешку со снегом и каменной пылью нещадно рвал одежду Фрайка, словно мстя за поверженное только что чудище. Именно поэтому он стоял на голове дракона, упёршись в неё мечом. А вовсе не ради эффектной позы. И даже не из опасений, что Ашир Пожиратель Солнца внезапно воскреснет. Это было бы чрезвычайно странно, после того как они свалили на хребет дракона здоровенный кусок скалы, а затем вырезали сердце.
Перекрикивая ревущую сотней глоток стихию, Фрайк возвестил свою победу, обращаясь к собравшимся внизу товарищам. Всех их объединяла одна идея — помогать этому миру. Сейчас они были известны, как первая гильдия «Хроник раздора», она же «Ангелы». По мнению Фрайка, это был прошедший этап, время вынуждало двигаться дальше.
— Друзья, сегодня великий день! И по-своему печальный! Только что мы, все вместе, сразили, возможно, последний отголосок Старого мира. Лучшего мира! Мира, которого мы все достойны и который потеряли вследствии неразумных действий глупцов. Моё сердце разрывается от боли, глядя на происходящее на востоке. Вы знаете это не хуже меня, все мы читаем новости — весь восток горит! Тысячи городов стёрты, уничтожены, сожжены, и это продолжится! Остановить это всё мы сможем только вместе! Только плечом к плечу. — Он взял небольшую передышку, собираясь с духом. — Сегодня я объявляю о создании своего ордена! Ордена искателей Истины! Мы не спасём этот мир — его уже не спасти, но мы восстановим Старый! Все вместе, единым порывом! Слава Ордену! Слава Старому миру!
Пришедший ему на ум только что слоган принялись рьяно повторять далеко не все. От некоторых Фрайк этого ожидал, от некоторых — нет. На лице Веленбергербега читалась давнишняя фраза:
— Если ты так хочешь восстановить Старый мир, то почему собираешься убить последнего чёрного дракона, да ещё и используя его собственное потомство в качестве приманки?
Логово и гнездо Ашира, конечно же, оказались разграблены давным-давно. При этом всём в последнее время игроки сюда захаживали явно очень редко. Это становилось понятно хотя бы по разнообразию всякой монстрятины. Необъятных размеров пещеру, в которой раньше жил дракон, кое-как делил между собой выводок троллей, клан циклопов, стая гарпий и рассадник гигантских пауков. Весь этот паноптикум безостановочно воевал между собой, что было Калите только на руку.
Она не собиралась выяснять кто прав, кто виноват и тем более избавлять окрестности от всей этой маловероятной в целом публики. Ей, по заданию из Некрополиса, требовалась драконья кость. Возможно, это был один из последних кусочков некогда великого дракона. Ныне же — щепка с ребра, упавшая в расселину и позднее оказавшаяся в лапах монстров и ставшая символов власти над пещерой.
Сражаться со всей этой шушерой Калита не собиралась, да и не сказать, что у нее имелись хоть какие-то шансы. Из всего здешнего бестиария только гигантские пауки да гарпии выглядели противником, против которого у Калиты были шансы один на один. К сожалению, ни те, ни другие не знали, что на шум драки следовало приходить строго по одному и ждать своей очереди.
Немало сложностей создавал и тот факт, что населена пещера была не только густо, но и в полном объеме, включая стены и полок. Желая остаться незамеченным требовалось аккуратно пролететь точно посередине, сцапать кость и улепетывать прочь. Точнее, это казалось самым очевидным вариантом. Вот только если в «Хрониках» ценный квестовый предмет лежал на видном месте, значит в момент его похищения, как бы ты ни прятался, окажешься в центре всеобщего внимания.
Калита эти все приёмчики разработчиков хорошо знала, поэтому не то чтобы пыталась особо прятаться. Для начала она обернулась нетопырем — в пещере отсутствовал ветер и было довольно тепло, что позволяло спокойно летать несмотря на фактическое месторасположение высоко в горах. На один лишь полёт вампирша особо не рассчитывала, как и на своим навыки в этом плане. Напротив, довольно трезво оценивая свои возможности, она собиралась до поры оставаясь незамеченной, воспользоваться собственноручно созданным хаосом и умыкнуть кость.
Для этого Калита по пути к реликвии раскидывала «камушки» размером с грецкий орех, не стесняясь забрасывать и в паутину на потолке, и в гнёзда на стенах. Чаще всего подобные алхимические штуки использовали в качестве растопки: стоило такой хорошенько стукнуть, он начинал быстро разогреваться и даже загорался.
Учитывая населённость пещеры, про обилие легковоспламеняющегося материала и говорить было нечего. К тому времени как лапы нетопыря схватили неожиданно тяжёлую кость, дым уже заканчивал заволакивать собой всё и вся. В момент, когда символ власти покинул свой постамент, раздался гул — своеобразная сигнализация. Это всё уже не имело значения. За Калитой даже особо никто целенаправленно не гнался — на повестке дня у обитателей пещеры стоял вопрос не символов, а выживания как такового.
