Западня полностью

Будто бы она никогда не ошибается. Она здесь не самая старшая, но вроде как самая главная. Никогда не занимается стиркой. Хотя мы все время от времени дежурим в прачечной, она туда ни ногой, палец о палец не ударит, чтобы приготовить поесть, и никогда не прикасается к уборке.

Или во мне говорит ревность, не знаю.

Я не могу этого понять и не готова принять, отчего чувствую себя белой вороной. Она единственная девушка, которая провела здесь больше одного сезона, но мне кажется, что дело не в этом, а в чем-то другом. Должна же быть какая-то причина! С ней самой что-то неладно.

Так или иначе, я не могу уехать только потому, что она мне не нравится. Идти с этим в полицию довольно глупо, ведь пока это мое личное подозрение, которое я ничем не могу подтвердить.

Я не доверяю Клаудии.

И вовсе не потому, что Гейб ее, очевидно, обожает.

Во всяком случае, мне кажется, что это никак не связано.

У меня от всего этого голова кружится… Может, это из-за жары.

Наверное, я скоро свихнусь.

Я подскочила от неожиданного стука в дверь и уронила дневник на пол.

– Есть здесь кто-нибудь? – услышала я оклик Джоша сквозь металлическую дверь.

– Да, я. Секунду! – Встав, я загнула страничку и сунула дневник под одежду и нажала на смыв. Интересно, вся компания обратила внимание на то, что я исчезла, или просто Джошу понадобилось в туалет?

Я помыла руки и наскоро вытерла, понимая, что он стоит там под проливным дождем. Когда я открыла дверь, с Джоша уже текло ручьями.

– Всё в порядке?

– Ага. Извини, – кивнула я и отступила, пропуская его внутрь.

– Похоже, всем не спится, – добавил Джош. – Иди-ка быстрей назад, а то там уже очередь.

У меня внутри все сжалось. Они заметили, как долго меня не было? Клаудия уже что-то подозревает? А вдруг я сделала только хуже?

Я быстро вскарабкалась по лестнице, радуясь, что сегодня надела черные шорты, скрывавшие очертания дневника.

– Ну наконец-то, – пробормотал Гейб сонным голосом. – Мы уж думали, тебя смыло в унитаз.

– Извини, – пискнула я, пробираясь мимо него к своему углу. Не успела я лечь, как вернулся Джош, а Гейб устремился наружу.

Я опустилась на свое лежбище. Рисковать и прятать дневник у всех на виду нельзя. Слишком много народу еще не спит, и если они заметят, то дневник отберут, к гадалке не ходи. Тайны Лэндри исчезнут навсегда, а ведь она оставила их для меня. Если есть хоть малейшая возможность, я должна ей помочь. Я накрылась одеялом. Холодная вода на одежде и волосах и поток воздуха от вентилятора создали эффект кондиционера. Я аккуратно пристроила дневник под подушкой, держа в уме, что его надо перепрятать после того, как все, наконец, заснут.

Лежа в тишине, я размышляла над тем, что узнала сегодня.

Оказывается, Лэндри тоже замечала странности в поведении Клаудии.

Причем куда бо́льшие, чем обычный выпендреж стервозной сучки.

А вдруг Лэндри права и Клаудия на самом деле опасна? А если она как-то связана с ее исчезновением?

Или в том, что Лэндри пропала, виновата и вся остальная компания? В такое верить совсем не хотелось.

Хорошо бы, чтобы она и впрямь в кого-то влюбилась и сбежала с ним, как утверждает Гейб. А может, с ней что-то сделал тот, с кем она сбежала?

А вдруг она разбила Гейбу сердце и он так отомстил ей?

Так много гипотез вихрем проносилось в моей голове, что я не могла ни на чем остановиться и как следует обдумать хоть одну.

Ясно одно: нужно как можно быстрее дочитать до конца дневник Лэндри, а до тех пор – быть как можно осторожнее в словах и поступках. Не исключено, что она и погибла потому, что доверила свои тайны не тому человеку.

Буря не утихала весь вторник, и я оказалась заперта со всеми в тесной комнате без всякой надежды хоть ненадолго уединиться, чтобы прочесть еще пару страниц.