Но тут громко хлопнула боковая дверь, и я вздрогнула. Оказывается, Гейб вышел из машины и сейчас стоял рядом и протягивал мне руку.
– Алё, гараж! – произнес он, и глаза его потеплели. – Успокойся. Я с тобой, ясно? Мы хорошо проведем время, обещаю.
Я медленно кивнула, взяла его за руку, и он помог мне выбраться из пикапа.
– Что там случилось-то? – спросил Гейб у Джоша, показывая на пост охраны.
– Меня почему-то уже вычеркнули из списка, – ответил тот. – Сам я ничего не понял, но охранник позвонил в дом, и Чейз дал добро, так что все уладилось.
– Вероятно, в какой-то момент он отметил не то имя, – предположила Кайла.
– Ну и дела, – удивился Гейб. – Буквально за минуту до этого у нас мелькнула мысль, что вас могут не пропустить.
– У меня тоже.
Мы вшестером поднялись на холм, парни придерживали нас под руки, чтобы мы не навернулись с высоченных каблуков. Дорожка к дому, хоть и вымощенная, была невероятно крутой, а в такую жару ноги у меня вспотели и скользили в туфлях.
Будет просто чудом, если я доберусь до вершины, не испортив платье и не переломав ни каблуки, ни ноги.
В конце концов, с трудом избежав всех этих неприятностей, мы добрались до дома, обошли его вокруг и оказались перед входной дверью, где нас встретил швейцар в смокинге и цилиндре. Я ждала, что наши имена проверят и здесь, но он молча распахнул дверь и придержал ее для нас.
Мы парами вошли в фойе, и первым делом меня окутала волна прохлады от кондиционера. Боже, как мне его не хватало все это время! Я вдруг остро ощутила, что на висках и верхней губе выступил холодный пот.
Но первая волна давешней паники быстро отступила, и я, наконец, смогла толком разглядеть окружающую обстановку. В доме нашего босса все было безупречно, роскошно, как в музее, и с такими же высоченными потолками. Главную лестницу в центре зала украшали картины в тяжелых рамах, парадные портреты, изображавшие людей самого царственного вида. Таким портретам самое место в какой-нибудь художественной галерее. Откуда-то негромко доносилась приятная музыка, и народ шнырял туда-сюда, не обращая на нас ни малейшего внимания.
Пока мы озирались, к нам подошла троица официантов, одетых во все черное и в длинных белых фартуках. Каждый держал в руке серебряный поднос, уставленный фужерами на длинных ножках, наполненными пузырящимся шампанским.
– Желаете? – предложил самый высокий из них, слегка вытягивая руку вперед. Остальные повторили его движение, сверкая фальшивыми улыбками.
Мы взяли по бокалу, и официанты ушли, оставив нас пить и любоваться видами. Стены по обе стороны от входа и лестницы представляли собой сплошной ряд высоких, от пола до потолка, окон, задернутых тяжелыми красными занавесями.
Гейб сделал глоток шампанского и огляделся.
– А вот и Арчи, – обрадовался он, указав пальцем вперед. Проследив за его взглядом, я тоже заметила нашего приятеля из ресторана. Он тоже увидел нас, и мы одновременно направились друг к другу, встретившись посреди зала. Как и все мужчины из нашей команды, он был в черном смокинге, а длинные каштановые волосы зачесаны назад в знакомый пучок.
– Здорово, что вы тоже здесь, – проговорил он, как всегда, растягивая слова.
– Замечательно выглядишь, Арчи, – почти застенчиво произнесла Кайла. Я впервые услышала в ее голосе робость, а он едва не остолбенел, увидев ее.
– Ну и ну! Ты тоже. – И поспешно добавил: – Э-э, да вас всех прямо не узнать.
– Ух ты, спасибо, – поддразнил Гейб тонким девчачьим голоском.
– А где остальные? – спросила Клаудия.
– Тео где-то здесь. Кассандра и Гэри тоже. В этом году наших немного приехало. В ресторане довольно много посетителей, и Чейз не захотел его закрывать.
– Отлично.
– Прошу прощения, – произнес голос позади нас, и кто-то постучал мне пальцем по плечу. Мы обернулись и увидели элегантного мужчину средних лет. Он был всего на несколько дюймов выше меня, в густых седеющих волосах мелькало уже больше соли, чем перца, а широко расставленные темные глаза с интересом меня разглядывали. – Слоан, я полагаю?
Я кивнула, у меня перехватило дыхание. Кто он? И как узнал мое имя?
Мужчина протянул мне руку, и я от неожиданности принялась ее пожимать, но он перевернул мою кисть горизонтально и поцеловал прямо в костяшки.
– Слоан, – ответил Роб на мой безмолвный вопрос, – это Чейз.
– Супер… рада познакомиться с вами, – неловко пробормотала я.
– И для меня это тоже огромное удовольствие, – у него был низкий теплый голос, в нем слышался слабый, но устойчивый акцент, придававший ему неизъяснимую притягательность и вызывавший доверие. Наконец, оторвав от меня взгляд, он обратился к моему спутнику: – А, Гейб, приятель, как дела?
– Рад тебя видеть, Чейз.
– Привет, Роб! Франт, как всегда.
– Не могу сказать о тебе того же, – пошутил Роб, подмигнув. – В последнее время седины-то прибавилось, а?
