— Ой, успокойся, малыш. Конечно же, это шутка. Но если я не перезвоню начальнику, то потом будет больно…
Решив не откладывать свою казнь (перед смертью всё равно не надышишься), я сразу же набрала его номер. Далее следовала тирада на пол часа, в которой он обвинял меня в безответственности и халатном отношении к своим обязанностям. Я, естественно, со всем соглашалась, принимая свою вину и раскаиваясь. Позже он сказал, что перенес все встречи на пятницу, наказав, чтоб с утра мы были на одной из радиостанций, иначе…мне действительно бо-бо. Сегодня же он разрешил нам погулять по Санкт-Петербургу, показать парню некоторые достопримечательности, чтоб он тоже отдохнул.
— Помни, Гагарина — на тебе вся ответственность за парня. Нам не нужно скандалов и громких заголовков. Буду надеяться на тебя и твою совесть. И… не крути там с ним романы, а то я знаю все эти шуры-муры, — ну, что за бесчеловечность по отношению ко мне? Может, я тоже хочу любить и быть любимой. Но проявление симпатии ещё нельзя назвать любовью.
— Да, конечно. Я отнесусь к этому со всей серьёзностью…
— Которой у тебя нет, Гагарина. Уж лучше будь собой, только вот без сумасшествия. Не надо купаться в фонтанах Петергофа и кидаться в прохожих пирожными.
— Будьте уверены, что такого точно не будет, — на этих словах он положил трубку.
— Эй, Томми, не хочешь искупаться в фонтане? — я лишь засмеялась с этой идеи. — Наш «добрый» друг разрешил.
Холланд все еще был в непонятках. Да, во всем я виновата, что запутала бедного парня. То в одной Вселенной, то в другой. Он не успевал менять роли и маски. Том вдруг потряс головой и произнес:
— Во-первых, доброе утро. Во-вторых, это сон? В-третьих, если это сон, то я не хочу просыпаться. Вернее, хочу, но только так, как сегодня. В-четвертых, можешь не поправлять свое сползающее платье, ты и так прекрасна.
— Я начну сразу со второго пункта. Томми, я же просто пошутила. Решила, что на парня из другого мира ты откликнешься быстрее, вот и назвала тебя фамилией персонажа.
— А мне даже понравилось. Сегодня я готов весь день быть для тебя дружелюбным соседом Питер… Человеком-пауком. Ну, разумеется, и Паркером. А ты сегодня будешь для меня Мишелью?
— Не очень признаю Зендаю, да и Мишель тоже, так что пусть уж лучше я буду той, кем являюсь на самом деле — дружелюбным агентом Кристиной Гагариной.
— Ревнуешь? — он смешно поднял одну бровь.
— Ничуть, Паркер. Мишель меня не интересует. У вас же там ничего нет? Не она ли тебя бросила, малыш Питер? — кажется, я задела его за живое.
— Нет, с Зен у нас ничего не было. Просто коллеги по цеху. А знаешь что, Крис? Я, конечно, люблю твою кашу, но хочу позавтракать в каком-нибудь уединенном месте и поговорить о планах на сегодняшний день.
— У тебя выходной, Паркер.
— Значит, в планах у нас отдых? Отлично! Собирайся, Крис. Мы идем завтракать.
Я решила удалиться в свои номер, чтобы немного подправить внешний вид. Буквально пол часа и — вуаля — я конфетка. Том говорил, что ему хочется просто погулять по переулкам Санкт-Петербурга, насладиться красотой города, его величием и великолепием, а заодно и перекусить в месте, которое убережет его от суеты.
Знаю я одно такое местечко. Туда мы и отправимся.
Комментарий к
Вот и долгожданная глава, дорогие мои.
Пишите свои отзывы)
Люблю вас
========== Часть 16 ==========
Это была чудесная уютная кофейня на открытом воздухе, находившаяся недалеко от Троицкого моста. Когда-то мои родители рассказывали чудесную историю: именно в этом небольшом заведении их свела судьба. В те времена, когда Советский Союз распался, кофейни только-только начали появляться в России, но не особо пользовались популярностью у горожан. Мама же, во время учебы в университете, подрабатывала в одной из них официанткой, а отец однажды решил заглянуть, чтобы скоротать время ожидания встречи. Вот и скоротал. Спустя год они поженились, а ещё через полтора года появилась я — чудесное создание с ужасным характером. Только вот спустя ещё 15 лет авиакатастрофа решила унести одного из самых дорогих мне людей — папу. Сегодня ровно четыре года как отца нет в живых.
Мы уже подъезжали к кофейне. К счастью, людей здесь было не так уж и много: до бизнес-ланча ещё далеко, а завтрак давно прошёл. Том улыбался и иногда даже фотографировался с теми, кто его узнавал, я же предпочитала остаться вне кадра. Изредка он смотрел на меня, строя очередную рожицу, чтобы мое каменное лицо расплылось в улыбке.
И все же, странный он парень. И все, что так быстро завертелось между нами тоже странно. Наверное, это мои глупые стереотипы о том, что люди должны достаточно долго друг друга знать, чтобы иметь какие-либо отношения, переходящие рамки дружбы. Ну почему-то не укладывается у меня в голове этот аспект. Слишком уж быстро происходит вся эта химия.
— Какой чудесный петербургский день, не правда ли? — сказал Том, взяв мою руку.
