— Слушай, — передразнила она его, — я не знаю, кем они были. Понятия не имею.
— Если из какой-то конторы, то почему не забрали аппаратов и…
— Все это не так просто, — перебила его девушка.
— Ну как это: не просто? — даже схватился он с места. — Зайти под прикрытием полиции и…
Ирмина рассмеялась.
— Во-первых, я и вправду не знаю. Во-вторых, это все не так просто, потому что оба мира ВОЗМОЖНО связаны один с другим.
— Какие оба мира?
Ирмина легко поднялась и подошла к окну. Медленно отодвинула штору и погасила свет. Дождь бил в стекла с той же силой, как и перед тем.
— А вот скажи, там, во сне… Не упала ли тебе на голову пара капель вды?
Гусев только махнул рукой.
— Там на меня упала действительно пара капель, а тут сразу…
Он не закончил, потому что Ирмина включила телевизор. Она искала какую-нибудь станцию, круглосуточно передающую новости, наконец, нашла. Наводнение в Чехии, наводнения в Германии и Австрии. Венгрия под угрозой. Чудовищное наводнение в Китае.
— Но ведь это началось раньше, — показал Гусев на мерцающую цветную картинку.
— И да, и нет, — состроила загадочную мину венгерка. — А может, эти миры проникают один в другой? Скажи, — склонилась она над мужчиной, глядя ему прямо в глаза. — Имеется ли там какая-то девушка, которая тебе нравится, имеющая со мной нечто общее?
Гусев тут же отвел взгляд.
Он правильно догадался, что улица Пруса здесь — это река. Из реального мира он помнил, что там, на сквере, имелось существенное понижение, след водного пути, который впоследствии закопали. В таком случае, улица Сенкевича тоже должна быть рекой. Так было в средние века, и даже позднее, прежде чем начали засыпать речные русла. Теперь же вновь воспроизвели исторические каналы. Пани Азия Мацейчук выбрала себе очень даже неплохого агента — он, по крайней мере, ориентировался в топографии территории, которой никто из проживавших наверху никогда не видел.
— Ирка, — глядел он на деревянные домики со ступенями, ведущими прямо к зеркалу воды. — Где находится фальшивое кладбище?
— Так ведь ты уже спрашивал, — взяла она Гусева за руку. Второй девушка удерживала что-то бормотавшего сумасшедшего, чтобы тот не потерялся. — Не знаю.
Гусев приостановился ненадолго, желая воспользоваться ее «картой страха». Начал двигать пальцем по сложным линиям, которые болезнь проявила на руке девушки.
— Боишься?
— Немножко.
— А сейчас?
Ответить Ирка не успела — к ним кто-то подошел.
— Я не ослышался, — услышали они насмешливый голос за спиной. — Фальшивое кладбище?
Гусев резко повернулся. Рядом стоял мужчина в длинном, темном плаще. Сзади, под стеной ближайшего домика стояли еще трое.
— А вы знаете, где это?
Тот лишь усмехнулся.
— Я человек, который намеревается вас туда не допустить, — щелкнул он пальцами. Трое мужчин одновременно отклеилось от стены. Они перехватили Ирку и истекающего слюной сумасшедшего, оттянули их в сторону. — Я не допущу вас туда, ммм… как бы это сказать? Даже прибегая к грубым методам.
Гусев рассмеялся. Красный свет пульсировал в уголке левого глаза.
— Ой-ой-ой, — с издевкой произнес он, делая «перепуганную» мину. — Вы будете грубо действовать? Божечки, как же я боюсь!
— А может через мгновение вам будет и не до смеха?
— Что, на самом деле? — Гусев развлекался на всю катушку. — Как я понимаю, вы будете грубым, не говоря уже о ваших коллегах, — указал он на трех бандитов под стеной и вздохнул. — Вот только у вас одна маленькая такая проблема. Все это, — указал он на деревянные домишки вокруг, — мне только снится.
Вот только мужчина в плаще не дал себя сбить с толку.
— Все это вам лишь снится, — сочувственно улыбнулся он. — Тогда у нас и вправду проблема. Тип, которому мы всего лишь снимся. И что тут поделать, как говаривал генерал Желиговский[18]. Убить его? Так ведь это только сон. Если мы убьем вас здесь, то там, в реальном мире, вы всего лишь проснетесь. И что нам с той смерти во сне? Вы ведь уже не раз переживали ее без малейшего ущерба.
Гусев разложил руки в жесте «Ну, это уже, и правда, не моя вина».
— В таком случае, раз разговоры о моей смерти беспредметны, то, может, вы покажете мне фальшивое кладбище?
— Тааа… Тип, которого нельзя здесь убить, потому что тогда он попросту проснется. Тип со странным светом в левом глазу. Неприкасаемый, — он обтянул полы плаща. — И действительно, вы идеальный агент. Идеальный, — повторил он. — Вам ничего нельзя сделать, потому что вам все только снится.
— Действительно, патовая ситуация, — согласился Гусев.
— Но не до конца, — мужчина хлопнул в ладоши. — Раз вас нельзя убить, потому что это ничего не даст, то, может… Возможно, мне удастся разодрать вам мозги?
Из окружающих домов начали выходить люди: мужчины, женщины, дети. Они начали их окружать, в полнейшей тишине подходя все ближе. Совершенно не было похоже на то, что у них имеются какие-то агрессивные намерения. Они просто подходили все ближе и ближе, пока не образовали толпу с Гусевым в средине. Становилось все теснее.
