И еще был белокурый человек с серыми глазами, о котором шепелявя и истеря рассказывал (до того, как ему хорошенько так подправил кости взбешенный Валентин) Амикус. Совершенно с диким запахом, садистскими замашками, судя по изуродованному лицу все того же Амикуса. И не оставивший после себя ни одного следа, ни отпечатка, ни капли крови. Почему он так заинтересовал темноволосого вампира? Потому что один взгляд сквозь воспоминания профессора Дверла на холодные серо-голубые глаза убийцы с прикрытым наполовину лицом заставил надолго отходить от шока. Валентин слишком хорошо помнил того, кто смотрел на него этими же глазами много веков назад. Но Ивон исчез, обернувшись прахом и забрав с собой не только душу Кайрена Валгири, но отняв у него самого верного союзника – Анриса – и великий город Млэк-Алаин. Белокурый мечник был мертв и совершенно не мог вернуться. А хозяин этих глаз был, несомненно, намного живее и, судя по всему, обладающим острым умом человеком. Надежно спрятавшим себя от чужаков и сумевшим довести до нервной истерики самого опытного и старого вампира.
Оттолкнувшись от зеркала и проведя рукой по холодной раме, он вернул поверхности ее мутный серебристый цвет и, поправив всклокоченные волосы, вышел из комнаты. С ним играли, тонко и весьма изощренно. Нанося удар репутации и впутав в такие проблемы, что только вой. Ну что ж, играть можно и в две стороны. Теперь устранение Кайрена Валгири и всего его выводка стало первоначальной задачей. Но до того как убить, он выжмет из них всю кровь, подарив Амикусу на опыты.
Бесшумно ступая по пустым коридорам, он спустился вниз. Отточенным движением руки призвав слугу и передавая ему новые распоряжения. Вернувшиеся недавно шпионы были в его кабинете, а в морге одной из клиник Солсейрса своей очереди ждали те трупы, которые удалось собрать из разгромленной подземной лаборатории...
*
Как окончательно испортить отношения с человеком? Поссориться с ним. Но как это сделать, когда вы УЖЕ в ссоре и не разговариваете друг с другом больше месяца? Правильно, ссориться молча. Скажете, что это невозможно? Ха! Данный тяжелый случай можно бы было смело вписать в книгу рекордов Гиннеса, как самое длинное противостояние двух упрямцев века. Причем все еще было вопросом, кто переупрямит кого. Пока шотландец и американец шли нос к носу. Обстановка накалялась, ставки взлетели до небес, общественность затаила дыхание.
Они давно уже перестали разговаривать. Перестали замечать друг друга. Проходя мимо так, словно это всего лишь ветер колыхнул воздух рядом. Так было легче существовать в отдельно взятом пространстве, окончательно не поубивав друг друга. Алан все так же продолжал заниматься замком, по второму кругу восстанавливая разрушенные залы. Кайрен же, как всегда, был занят своими делами. Днем, полностью углубившись в дела клана, занимаясь бизнесом и часто уезжая по делам то в Лондон, то еще куда. А ночами он исчезал из замка, никому ничего не говоря и возвращаясь только на рассвете. Так продолжалось ровно до осенней ярмарки, которую Волчий Двор традиционно устраивал во время праздников урожая...
Комментарий к Опасные связи
====== Волчьи ночи ======
Где мой дом из песка недостроенный
Он, наверное, не выдержал ветра
Отчего так бессильны порою мы
Перед целью своей в сантиметре?
Где мой мир безупречный и правильный
Он рассыпался облаком пыли
Мои ангелы небо оставили
А вернуться на землю забыли.
И никого вокруг, это только мой стук в старые ворота
И никого здесь нет, это только твой след, мне неважно кто ты.
Помоги мне! Сердце моё горит
На костре не потухшей раны, на углях от пустых обид
Помоги мне! Слёзы мои утри
Склей обломки моей вселенной, каплю веры оставь внутри...
Город 312 – “Помоги мне”
Волчий Двор в эту ночь опять мягко сиял под светом праздничных гирлянд и разноцветных фейерверков, то и дело вспыхивающих в ночном небе. Наряженный в разноцветные ленты и венки с цветами, в которые вплели уже желтеющие листья. В этом году осень совсем припозднилась в этот край, оставляя его по-летнему теплым и сладким. С привкусом спелой черники и брусничного сока, кровавым следом блестящего на губах, горячего вина с пряностями и кружащего голову верескового меда.
Город праздновал, раскинув праздничные шатры и зазывая людей голосами мастеров, хвалящих свои товары. Гул их голосов ярко перемешивался со смехом и чарующей музыкой, раздающейся с главной площади. Где на небольшой сцене, украшенной цветочными гирляндами, наряду с навороченной диджейской установкой (народ очень долго с подозрением косился на довольно похихикивающую Эрику, в результате чего все-таки докосился), стояли менестрели и в данную минуту играли для танцующих молодых пар.
