После этих слов сразу случается несколько вещей. Со стремянки прямо на попу падает «усердно вытирающая пыль» молоденькая горничная. Слышится (ВПЕРВЫЕ!) шокированный мат Эдварда, после чего двери с грохотом распахиваются, явив одинаково удивленным Алану и Кайрену подавившегося соком и кашляющего Гора и влетевшего Маркуса с бледным, злым взглядом.
- Ээ? – моргнув, удивленно произносит Алан.
- Марк? – вздернув бровь, недоуменно спрашивает Кай.
А Маркус переводит взгляд с дизайнера на брата и, наконец, заметив кружку в руках брата с жирафиком, хватается за сердце. В данную минуту вице-представитель клана думает, что эти двое станут причиной его инфаркта. Причем оба его будущие убийцы игнорируют его! Кайрен делает еще один глоток и наглейшим образом не отводит насмешливых глаз от злющего Алана.
- Почему ты каждый раз воруешь мой кофе?! – возмущенно произносит он.
- Этот вкуснее, – невозмутимо отвечает альфа и, вернув кружку потерявшему от негодования дар речи Алану, направляется к дверям.
- Вкусный, видите ли, – язвительно передразнивает Алан и сварливо добавляет, – вот возьму и в следующий раз вместо сахара цианид тебе подсыплю. Расхититель чужих кружек!
Цианида в кофе никто не подсыпает. А на следующее утро, зайдя в кабинет, Кайрен видит дымящуюся кружку. По комнате плывет умопомрачительный запах корицы, молока и еще чего-то до жути знакомого.
Через день после этого Джереми думает, что явно переборщил с фирменной настойкой миссис Мардж. Ибо он ни в коем случае не видел, как его альфа ранним утром карабкался по внешней стене замка, целенаправленно двигаясь в сторону балкона одного блондина с коробкой сладостей в зубах. Да, с настойкой он точно переборщил.
Однако даже с размахом миссис Мардж весь Волчий Двор не мог тьютьюхнуться мозгом настолько, чтобы увиденное и услышанное казалось пьяным глюком. И потом, ТАКОЕ забыть уж точно никто бы не смог. А началось все с того, что в городок они в очередной раз спустились вместе.
Церковь уже почти закончили, и Алан ехал проконтролировать скорую сдачу работы. Кайрену же было интересно, и да, Салливан потащил его силой(!). Так что, очередной отчет от Гора по поводу Мечников Кай просматривал на ходу. И совершенно не удивительно, что, после того, как белобрысый дьявол морально всухую поимел идиотов, разбивших один из драгоценных (тех самых из Лангедока) витражей, ближайшей целью стала пекарня. Валгири шел за возмущенно вещающим Аланом на полном автомате. Краем уха подметив дверной колокольчик и зайдя в теплое, пахнущее ароматной выпечкой помещение, желтоглазый мужчина прислонился бедром к деревянной лавке. На периферии слышались голоса посетителей и сюсюканье миссис Макмиллан. Пока неожиданно веселый смех и разговоры не перекрыл протяжный, совершенно блядский стон. Кай дернулся и физически почувствовал, как у него глаза увеличиваются от удивления. Ушам не показалось, и стон повторился, превратившись в мелкие и глубокие постанывания. Левый глаз задергался в такт им. Терпеть такое издевательство над собой мозг не мог, потому и отдал управление телу. Оно как раз знало, как отреагировать. Кожа покрылась мурашками и дрожью прошла по всему позвоночнику. Чем это могло закончиться, альфа знал очень хорошо и потому, не оборачиваясь, зло произнес:
- Салливан, ты стонешь так, словно тебя разложили и имеют на этой чертовой лавке, как минимум, трое!
Тишину, воцарившуюся после этих слов, смело можно было назвать откровенно охреневшей. Мало того, что возмущенно сопел кое-кто, остальные, судя по ощущениям, смотрели на него, выпучив глаза и раскрыв рты. Ради этого зрелища Кайрен даже оставил бумаги и обернулся. А в следующую минуту его плечи странно затряслись, а лицо превратилось в какую-то зверскую гримасу, от которой шарахнулись несколько очень впечатлительных особ. Причиной же состояния альфы стало возмущенное лицо Алана. И так, как до этого он уплетал пирожное за обе щеки, сейчас он со своими полными и красными от смущения щеками был ужасно похож на надувшегося хомяка.
Еще одна секунда, и Кайрен, не выдержав, развернулся своей дрожащей спиной и уткнулся лицом в бумаги. А после раздалось хрюканье, за ним последовал странный всхлип, апогеем стал тот дикий ржач, который скрыть он уже не смог. Тишина из охреневшей превратилась в охуевшую, а злющий Алан, наконец, проглотил то, что было во рту и рявкнул:
- Хватит ржать, грязный извращенческий старпер!
Только смех стал еще громче. Кайрен просто не мог остановиться. Папка выскользнула из его рук, и теперь Валгири держался другой рукой за живот и чуть ли не сгибался пополам. А окружающие с каким-то странным трепетом смотрели на него. У миссис Макмиллан глаза вообще были на мокром месте. Алан смотрел на неверящие лица окружающих, и до него медленно дошла причина.
