Весть о том, что альфа убит, настигла клан за два часа до того, как начался весь этот хаос. Маркус успел слишком поздно и теперь, обезумев от горя, рвал наступающих вампиров. Их было очень много. Они вышли из тени леса незаметно и неожиданно. Никто не услышал их, даже не смог почувствовать, и вели их мечники. Они не щадили никого: ни женщин, ни детей, ни стариков. С пустыми глазами и холодными лицами они шли по трупам и все больше теснили волков к огненной стене. Отлично зная, что тем не удастся пройти сквозь горящую рябину.
Их просто предали... Все... Помощи больше не от кого было ждать. Но никто из них не собирался добровольно сдаваться, и потому они продолжали драться. Пробираясь сквозь рушащиеся дома и куски горящих деревьев. Крики, стоны, плач и звон клинков наполнили воздух и разрывали на части тот покой, что когда-то здесь был. Огонь не смилостивился ни перед чем. Он с голодом дикого зверя пожирал все, что становилось на его пути, он плясал золотом и чернел пеплом на коже и шерсти. Он забивался едким дымом и ароматом крови в легкие и сжигал изнутри. Обрисовывал миллионы теней и озарял безумные оскалы.
Маркус дрался, как в последний раз, по сути, чем и был этот бой. Уходя от линии атак, рыча и клыками, когтями раздирая глотки, посмевшим покуситься на его стаю, забравших последнего родного и близкого. Эти твари опять вернулись за ними, опять разрушили его дом и отняли семью. Пусть и состоящую только из одного, но от того не менее любимую. И теперь он сходил с ума от боли и вины, что не уберег, не был рядом, когда было нужно, не прикрыл спину. Он потерял безвозвратно...
Серо-бурый волк больше не замечал собственных ран. Он бросал отрывистые приказы и прикрывал отход своих волков. Рядом с ним по-прежнему стояли его воины и дрались за него. Они отводили весь огонь на себя, стараясь не подпустить мечников ближе, потому что знали, что в таком случае не выживет никто. А вампиры продолжали идти на них под руководством впавшего в азарт Валентина. Получив поддержку Свилиона и свободный вход в земли оборотней, он первым делом напал именно на ту деревеньку, которую давно уже мечтал спалить дотла.
О, это желание только усилилось после того, как Тарахин был снова разрушен, а проклятый альфа исчез. Валентин был в бешенстве, и опять полетели головы. Как человеческие, так и хладных. Одного взгляда на трупы стражи хватило, чтобы понять, что это дело рук кого-то из их рядов. Очередной предатель, которому удалось с такой легкостью перерезать горло больше тридцати сильным вампирам и взорвать две смотровые башни. Он бы с превеликим удовольствием содрал кожу с того выродка, который только посмел опять спутать карты. И чертов Свилион, который до нервной ломоты в клыках достал своими интригами, плетя их в Вампирском Дворе, словно мало было Анарсвиля.
Сам же магистр стоял рядом с правителем и с безразличным взглядом следил за той «игрой», которую устроил Ридэус. Слишком сильно любил этот вампир запах крови, наслаждался убийствами. Всю жизнь желавший славы, а на деле оказавшийся в тени Ивона, сейчас он играл со своими жертвами. Зачем спешить, ведь сегодня никому не спастись и не уйти. Глупая театральность, которую Свилион никогда не любил. Другое дело Ивон. Его Ивон... Холодный, жестокий, не знающий сомнений, лишенный чувств и не знающий поражений. Он всегда упрямо шел к своей цели и всегда получал то, что желал. Но в последнее время его самый любимый ученик слишком сильно изменился. В его глазах все так же продолжал жить холод, но теперь все его естество бунтовало. И это совершенно не нравилось ему.
- Вы довольны, милорд? – с еле скрываемой насмешкой спросил старый вампир и прикрыл блестящие алым глаза.
- Только после того, как получу голову черного пса, – процедил сквозь зубы Валентин, – и насколько я помню, это вы позволили ему уйти.
- Мои воины найдут его, – мрачно ответил магистр, – все равно, с такими ранами ему не выжить.
- Очень надеюсь, – хмыкнул Валентин, и губы его скривились в злой ухмылке, – для вашего же блага.
Но ответить раздраженный магистр не успел, потому что неожиданно среди вампиров поднялся хаос.
- Что за... – пораженному Валентину только и оставалось, что стоять и, не веря глазам, смотреть на отряд воинов, перекрывших путь мечникам.
Они живой стеной встали между такими же ошарашенными оборотнями и остальными. Развернув свои стрелы и, не колеблясь, выпустили их по взмаху знакомого до рези в глазах клинка. Сам же его хозяин уже в следующую минуту одним махом отрубил голову замахнувшегося на Маркуса вампира.
- Ивон? – удивленно выдохнул Маркус и чуть не пропустил очередной удар.
- А ты кого ожидал увидеть?! Всю Небесную рать?! – рявкнул белокурый мечник и, прижавшись спиной к спине оборотня, поднял клинки.
- Кай... Он... – все-таки голос подвел и перешел в хрип.
- Он жив, – отрезал Ивон, – Диана везет его в безопасное место, я пришел за тобой.
- Я не брошу наш клан!
- А кто сказал, что МЫ бросим НАШ клан?
