– Неотвратимость наказания… Ты знал, на что шел, Траян. Но также ты знал, что наши Поконы моральны, они человечны и брат не сечет голову брату. Засим, повелеваю, за вышеперечисленные злодеяния, а так же за то, что Нижний Мир, в результате твоего так называемого правления превращен в труху и тлен, подданных твоих отправляю в Верхний Мир. Быть им чистильщиками на тысячу лет. Весь мусор, на берегу океанов и морей, лесопосадках и дворах, будут собирать они и отправлять, тебе, как напоминание, во что ты превратил человека в Верхнем Мире. Помница мне, что ты интересовался химией, вот и флаг тебе в руки, перерабатывай. Инженеров, чтоб построили заводик, я пришлю. Да следи, чтобы трубы дымили в пользу. А вот, когда восстановится экология, в Нижнем Мире вот тогда и поговорим, по хорошему, по семейному.
– В одиночество заточаешь, сволочь???
– Что? Не нравится?– чуть ли не с кулаками налетела на него Оленька, – дитя невинное на сто лет в безвременье отправил, а самому боязно в одиночестве? Была б моя воля…
– Довольно, Ольга, оставь его. До встречи, братка, не скучай. А нам пора в дорогу собираться, заждалась, поди, Земля наша, матушка.
Эпилог.
Огромная конусовидная пасть приемника-распределителя, приглашала вовнутрь путешественников, чтобы отправить их по месту назначения. Однако с пониманием относясь к небольшой задержке, давала возможность попрощаться с неоднозначной планетой под названием Фабула.
Избавленная от физических и душевных страданий, заботливыми руками укутанная в меховой «спальник», только Чан Ми была готова к перемещению, и только по причине глубокого забвения.
Всевладий, а затем и Лиён, не позволили ей испачкать кровью свои руки. Она приняла это разумом, но ей показалось, что сердце ее разлетелось на кусочки. Не выдержав двойного давления, она впала в бессознательное состояние или просто заснула.
Говорят, что сон это маленькая смерть, во время которой организм полностью расслабляется, а мозг избавляется от ненужного мусора. Не совсем так. Он, мозг, никогда ни от чего не избавляется, он, как скупой хозяин, заботливо раскладывает по полочкам всю единожды увиденную или услышанную информацию, в самых потаенных уголках сознания. До поры до времени.
Возможны ли сновидения у человека, введенного в искусственный сон? Чан Ми видела сон, а это означает, да, возможно. И еще это означает, что «хозяин-мозг» открыл одну из припрятанных ячеек.
Синий-синий и такой же огромный как само небо, обнимавшее и ее, и родную поляну посреди волшебного леса, воздушный шарик выскользнул из ее ладошки, и ринулся вверх.
– Нянюшка, смотри! Сейчас сыночек неба встретится со своей мамой!
Взявшись за руки, в полной уверенности, что так оно и должно быть, Дана и трехлетняя Чан Ми, восхищенно наблюдали за полетом. Но новенький шарик, по неопытности, наткнулся на сухую ветку, вскрикнул от боли, отскочил в сторону, вверх и обессиленный, бесформенной синей тряпочкой, шлепнулся к ногам, высокого, сухопарого мужчины с аккуратно постриженной седой бородкой. Подцепив тростью безвременно погибший шарик, он протянул его Чан Ми.
– Примите, мадмуазель, это ключик, он поможет разрешить все ваши проблемы. Слишком рано вы наполнили младенца газом, открывая ему безграничные возможности.
В руках Чан Ми оказался ключик, в точности такой же, как из сказки про Буратино.
– Месье, что за дверь я должна открыть?
– Закрыть на ключ, закрыть на ключ, и начать жизнь с чистого листа. Травмирующие события разрушают и психику и физику. Терзающие воспоминания не способствуют полноценной реализации…
Удаляющаяся фигура с тросточкой бормотала это себе под нос, но каждое слово уютно усаживалось на свежевыструганную полочку в мозгу и своей влажной прохладой, приносила облегчение.
***
Дана поправила спальник у своей спящей любимицы, промокнула слезинку, что выкатилась из под ее плотно сжатых ресниц.
– Это слезы очищения, да, Филюнчик, ты тоже так думаешь?
Филипп Филиппович Новгородский рассеянно кивнул в знак согласия, прижимая к груди прозрачный сосуд, сквозь который на них с надеждой поглядывала золотая рыбка. Он строго соблюдал наказ своей возлюбленной беречь ее, вплоть до того момента, когда они вместе выпустят рыбку в родные воды. Сердце бывшего ворона сжималось от неизвестности. Кто знает, ступит ли он на землю ногой человека, или воспарит в небеса, продолжая отбывать срок наказания.
***
Лиён крепко прижимал к себе Оленьку, не решаясь расстаться с ней ни на секунду, так как понимал, что время его на исходе, и по прибытии на землю, его отправят на Родину. Тепло ее тела, запах волос, передавались ему жаркими волнами. Прославленный воин, покрытый шрамами в бесконечных боях, впервые познал любовь. Любовь! В этом фантастическом, благодатном мире, с немыслимыми восторгами и жаркими спорами с томительным ожиданием и готовностью умереть друг за друга, он нашел ее, свою половинку, но чем ярче разгорался цветок любви, тем больнее вонзался острый шип неотвратимого.
