А Янтил пребывал в растерянности. Он чувствовал себя пристыженным и виноватым: что бы он ни говорил, как бы его ни ранило безразличие Кая, он не хотел причинить боль Виктеру. Некоторое время драконы провели в тишине: Ян разглядывал скрытую от него одеялом спину и ждал, когда чужая ярость немного утихнет. Ему было неспокойно, царапающая изнутри боль требовала восстановить привычный мир, но как именно это сделать, он не очень-то понимал. Хотелось, чтобы Вик сам развернулся к нему и извинился. Сгладил углы и убрал осадок, что ощущался после ссоры с ним. Но здравый смысл и чувство вины говорили, что просить прощения сейчас должен вовсе не зелёный дракон.
– Вик… Вик, прости, – позвал Ян тихо, и ответа не последовало. Не выдержав гнёта, он поднялся с постели и перебрался в чужую. Её хозяин дёрнулся было, когда его обняли со спины, но ни оборачиваться, ни противиться не стал. – Я был неправ, извини. Мне тяжело без него и больно, что он отдаляется от нас.
Фигура под одеялом зашевелилась, и Вик – взлохмаченный и раскрасневшийся из-за жары – выбрался из-под него. Но поворачиваться к Яну не спешил, отвечая в стену:
– Мне тоже больно. Но, может, нам и не стоит ничего предпринимать? Кай сам разберётся. Нужно дать ему время. Мне кажется, мы делаем только хуже, пытаясь стать к нему ближе против его воли.
– Ближе – это насколько?
– Вот как ты сейчас липнешь ко мне.
– Я липну не к тебе, а к твоей спине. Развернись, а?
Вик, пусть и нехотя, послушался и перевернулся на другой бок. Теперь они смотрели друг на друга, но совсем недолго – Вик опустил взгляд, и Ян прижался к нему. Потёршись кончиком носа о его нос, он тихо виновато зашептал:
– Прости меня.
– …Ладно.
С болезнью Эла на Кая свалились и все обязанности по содержанию дома. Конечно, он и раньше занимался многим сам, не допуская старика до тяжёлой или изнурительной работы, но всё же некоторые задачи делил между ними поровну. Теперь же к прочим делам, таким как обучение трёх учеников и забота о больном, добавились готовка, уборка, уход за садом, ремонт дома и подготовка к зиме, до которой оставалось совсем немного. Часть работы удалось скинуть на братьев – те с радостью брались за мелкие поручения, такие как помыть полы или собрать яблоки. Но во многом, прежде чем о чём-то попросить их, требовалось провести инструктаж, как пользоваться тем или иным предметом. Особенные сложности почему-то вызвали кухонный нож и то, как почистить им овощи, – непривычные к рукоятке кисти рук слушались их плохо, и Янтил то и дело норовил содрать кожуру картофеля ногтями, позабыв о том, что когтей у него нет. Порой такие объяснения требовали куда больше времени и сил, чем было в распоряжении Кая, и он предпочитал сделать всё сам.
Постоянный труд, множество забот, бессонные ночи за очередной книгой или зельем и тревога за Эла делали своё дело. С каждым днём Кай выглядел и чувствовал себя всё хуже: он исхудал, как лицом, так и телом, синяки под глазами уже не сходили, а бледность не украшала, а портила его вид, делая похожим на больного. С первыми осенними холодами он мгновенно простыл, но всё равно отказывался ложиться в постель и продолжал работать. Даже его вечная раздражительность больше не задевала и не ранила драконов – жалея его, они не позволяли себе обиду. И в глубине души Кай понимал, что только благодаря им пережил эту осень.
Его хлопоты по дому не остались незамеченными, и тайком от него братья пытались вспомнить, что из работы мага уже видели своими глазами и могли бы повторить, а чему научиться сами. Иногда они обращались за помощью к Лиану или Элу, и от последнего проку вышло куда больше – Лиан, как оказалось, и сам ничего не смыслил в уходе за домом. Но окна в башне Виктер и Янтил смогли утеплить сами ещё до того, как Кай вспомнил о них. Буквально на следующий день после того, как он вскользь проворчал о гуляющих по дому сквозняках.
Они наловчились стирать вещи, чем значительно облегчили магу жизнь, и по собственной инициативе занялись заготовкой дров на зиму. Лиан тоже не остался в стороне, и когда одним холодным утром Кай попросту не вышел к ним, не сумев подняться с постели из-за плохого самочувствия, именно он приготовил на всех обед по просьбе Янтила. Кай категорически отказался учить их пользоваться печкой и плитой, утверждая, что это слишком опасно, и чуть не поплатился за это. С тех пор Лиан старался помогать чем мог при любой возможности, не обращая внимания ни на какие протесты. И с неохотного согласия Кая занялся всеми покупками, получая от него лишь список и деньги.
Братья же помогали не только по дому. Именно Янтил накрывал упрямого мага по вечерам тёплым пледом, если видел, что тот снова засиделся за книгами. А Виктер относил его на диван, когда он засыпал за столом, перетрудившись до изнеможения. Они же приносили ему поесть, если он забывал, и приняли на себя часть забот по уходу за Элом. А когда Кай заболел, готовили для него целебный отвар, найдя рецепт в одной из книжек. Но самое главное – они терпели его приступы раздражительности.
