В те дни Сергей поругался с Валей. Она его избегала. Делать в увольнении было нечего, зашел к Тоне и пригласил ее на танцы. Цепа тогда уже дружил с другой девчонкой. Танцы были в Ленинском районе, куда они ездили очень редко, так как далеко, да и знакомых там нет. По пути прихватили еще двух Тониных подруг. В магазине взяли «Волжского», выпили в парке на лавочке и в хорошем настроении зашли в зал.
Зал дворца, несмотря на свои внушительные размеры, был переполнен. Сергей увидел компанию курсантов младших курсов своего училища и разговорился с ними. Тоня с девчатами где-то пропали. Танцы сменялись викторинами и розыгрышами, было легко и весело.
Вдруг возле сцены, где играл вокально-инструментальный ансамбль, завязалась какая-то суматоха.
— Маршал, там не твоя подруга дерется? — тревожно спросил один из курсантов.
Сергей быстро пробрался к сцене и увидел непонятную и дикую картину. Тоня и какой-то гражданский пацан вцепились друг другу в волосы и кричали. Сергей быстро подскочил к ним и отбросил парня от Тони, но тут же пропустил боковой в челюсть от его дружка. На него навалились трое.
— Ну, ребята, тут вы не правы, — разведя руками, с какой-то бравадой, произнес Сергей, и пошло «мочилово».
Он дрался дерзко, умно и, главное, нагло. Троих он забил в момент. Налетела еще толпа. На помощь пришли курсанты. Драка охватила весь зал. Развести стороны удалось лишь прибывшим нарядам милиции.
Серегу и курсантов завели в отдельную комнату, где с ними разбирался капитан милиции, гражданских же увезли сразу в «участок».
Возможно, последствия этой драки были бы серьезные, но в комнату зашли Тоня с девчатами и администратор дворца. Объяснили капитану, что ребята здесь не при чем. Они защищали честь девчат.
«Помусолив» с пол часа, их все же отпустили. Сергей с Тоней поехали к ней домой «зализывать» раны. Разорванный китель, оторванные погоны, утерянный галстук, фингал под глазом и ссадина на руке — таков результат их поездки на танцы.
Сергея начали быстро приводить в порядок и к концу увольнения, он уже был более-менее в норме.
После этого случая, дружба с Тоней стала еще теснее. Она не раз рассказывала своим подругам, какой Серега герой и как он здорово за нее дрался.
Объявили посадку в самолет. Тоня расплакалась. Она, как чувствовала, что Сергея вряд ли еще увидит.
Через два часа Сибирцев был в Пулково, а к вечеру, самолетом, в Вытегре. Дома гостил всего три дня, так как в межсезонье в их глухомани делать нечего. Погода сырая, дует холодный северо-западный ветер. Три месяца назад он был дома, а, кажется, что уже прошли года, настолько насыщены и трудны были первые месяцы офицерской службы. И это действительно так. За сутки в армии бывало столько событий произойдет, что другому, на всю жизнь хватит.
6
Гремит парк, ревет парк боевых машин сотнями двигателей. Серая мгла кругом да копоть солярная. Рычат потревоженные танки. По грязной бетонке ползут серо-зеленые коробки, выстраиваются в нескончаемую очередь. Впереди боевые машины пехоты разведывательной роты, вслед за ними бронетранспортеры штаба и роты связи, за ними танковый батальон, а дальше за поворотом три мотострелковых батальона вытягивают колонны, а за ними артиллерия полковая, зенитная и противотанковая батареи, саперы, химики, ремонтники. Тыловики свои колонны вытягивать начнут, когда головные подразделения уйдут далеко вперед.
Лейтенант Сергей Сибирцев бежит вдоль колонны машин к своему взводу. А командир полка материл кого-то от всей души. Начальник штаба полка с командирами батальонов ругается, криком сотни двигателей перекрикивает. Бежит Сибирцев. И другие офицеры бегут. Скорее, скорее. Вот он, взвод его — взвод связи танкового батальона: танк командира батальона, БМП начальника штаба, его БТР и БРДМ замполита. Вся техника в строю. Для начала неплохо.
Перед своим танком стоит комбат и машет ему рукой:
— Сибирцев, — взволнованно хрипит он, — прыгай в танк и вытягивай батальон в пункт формирования колонн. Я догоню.
Комбат молодцевато рвет в хвост колонны, там что-то не заладилось у третьей роты.
Сергей с разбега прыгает на танк и по наклонному лобовому броневому листу взбегает к башне. Командирский люк открыт, и наводчик протягивает шлемофон, уже подключенный к связи.
Сибирцев кричит в ухо наводчику:
— Война или учения?
— Хрен его знает, — жмет тот плечами.
Как бы там ни было, взвод к бою готов, и его надо немедленно выводить из парка, таков закон. А за ними пойдет и весь батальон.
