— Отдыхай. Дальше моя забота.
Петрович вздрагивает и начинает разгоняться, направляясь известным только ему и Чипу курсом.
Я — эксперимента ради, несколько раз дёргаю джойстиком и перевожу туда-сюда ручку газа.
Эффект — нулевой.
— Не дёргайся, — снова звучит голос Чипа.
— Сказал же — расслабься и получай удовольствие. Пульт я обесточу. Скоро увидимся. Конец связи!
Деваться некуда — я откидываю спинку кресла и закидываю ноги на пульт — видеть его без привычных голографических проекций радара, температуры систем, скорости и прочих, привычных и таких — практически родных указателей, дико и тревожно.
Меж тем Петрович переходит на сверхскорость и куда-то прыгает.
Тусклое, тёмно сиреневое светило.
Поворот.
Разгон.
Прыжок. Затем ещё серия подобных переходов и наконец, совершив ещё один прыжок мы не прыгаем дальше — Петрович устремляется вглубь системы, оставляя невзрачную оранжевую звезду за кормой.
Вместе с пультом Чип отключил и всё проекцию — на лобовом стекле кабины больше не видны ни орбиты планет, ни маркеры других кораблей. Передо мной только чернота космоса, щедро разбавленная точками звёзд и мазками далёких туманностей. Никакой информации. Никакого понятия где мы, летит ли Петрович или мы просто висим в пустоте.
Так продолжалось несколько минут, а затем, внезапно — прямо перед кабиной, появилась поверхность планетоида.
Серая, с редкими кратерами плоскость опрокинулась и начала падать на меня — корабль вошёл в отвесное пике, стремясь максимально быстро приблизиться к поверхности и я поёжился — при таком заходе избежать столкновения сложно даже опытному пилоту.
Снова появилась предательски-трусливая мыслишка — ща как шарахнет он меня об поверхность и всё, поминай как звали, но над самой поверхностью Петрович выпрямился издав жалобный скрип и, взметая облака потревоженной выхлопами маневровых пыли, полетел над самой поверхностью. Несколько секунд полёта и он резко наклонился, провалился на левый борт, соскальзывая в неприметную трещину.
Ещё несколько очень долгих минут мы неслись очень узкому каньону. Несколько раз я просто закрывал глаза, будучи абсолютно убеждённым что вот в эту узость стен — мы точно не просочимся. Но Петрович либо кренился на борт, либо чуть приподнимался над дном трещины — и проскальзывал.
Преодолев таким образом очередное, с моей точки зрения, препятствие, мы выскочили внутрь среднего по размерам кратера. В его центре возвышалась скала слишком уж правильной, немного кривой но всё же узнаваемо пирамидальной формы и я решил что это и есть вход в логово Чипа, как корабль снова резко сменил курс, направляясь под острым углом в стенку кратера.
Наискось, по диагонали!
Каменная стена стремительно приближалась и я в очередной раз сжался инстинктивно ожидая удара. Вот ещё чуть-чуть, вот сейчас вот-вот и цепанём крылом!
На деле это всё заняло какие-то секунды, я и сжаться то не успел — Петрович проскочил сквозь стену и помчался дальше, не меняя направления по неширокому коридору, освещаемому только внезапно включившимися фарами. Несколько поворотов, то в левую, то в правую сторону, резкий спуск и мой десантный модуль замер посреди обширной каменной пещеры, освещаемой только фарами корабля.
Я отстегнул ремни безопасности и покинул кресло, направляясь к шлюзу.
— Ну что, живой? — раздался из динамиков голос Чипа когда я подошёл к комингсу люка рубки:
— Укачало поди? Это не я, Рыжик вёл.
— Рыжик? Скажи ему…
— Да ладно тебе. Нормально добрался. Давай уже, спускайся. Я тебя у входа жду.
Динамики щёлкнули, показывая, что Чип прервал контакт и я покинул рубку.
Подойдя к шлюзу я задумался — а как, в смысле — в чём мне выходить? Своё рваньё я давно сменил на новый комбез, но в виду отсутствия воды ароматы он, точнее я, источал ещё те. Надеть новый, благо запасы были? А толку? Эту проблему решать надо радикально — мытьём источника, что для меня, в моих нынешних условиях, было невозможным. Помявшись около шлюза я всё же решился и натянул поверх лёгкий скафандр.
— Дружище? Ты чего это в скафандре? — Чип, как и обещал ждал меня у выхода из ангара.
— Снимай ты свой дурацкий скафандр, атмосфера тут отличная!
— Эммм…Чип, тут такое дело — начал было я, но он меня перебил:
— Забей, снимай и пошли ужинать. Мы с Рыжиком — к твоему прилёту такой стол организовали…мммм…
— Чип, — теперь я прервал его:
— Три, три недели, — я помахал в воздухе тремя растопыренными пльцами:
— Без душа и туалетной бумаги.
— Да фигня это! — отмахнулся он:
— Вот, помнится, оптимизировал я на одном грузовике холодильные установки и клеммы перепутал. И прикинь — вместо минус тридцати у них плюс вышел. А там груз мяса был. Вот там да — пахло…
— Ну как хочешь, — задрал я руки, признавая поражение:
— Но я тебя предупреждал, — и подойдя вплотную откинул шлем.
Сначала Чип удивился — мой, капитально заросший вид несколько отличался от того, что он ожидал увидеть, а потом до него докатилось моё амбре.
