— Вроде у меня около трёх сотен миллионов на счету было.
— Было, — согласился Тод.
— Но ты, в благодарность за благотворительный ремонт…
— Не продолжай, — понял я его с полуслова:
— Хоть сколько ни будь осталось?
— Где-то около полста, может шестьдесят.
— И кому я…кхм…подарил свои деньги?
— Да много кому. С десяток фондов облагодетельствовал.
— И всё — по доверенности?
Чип не ответил, ограничившись простым кивком.
Зашибись…
— Скажи, а эти фонды, они, ну с Тодом?
— Угу. — он подул на кружку.
— Они все имели среди своих учредителей ОБЕ(т).
— Чего?
— Отдел Борьбы с Ересью. Терранский. В смысле — Терранской Святой Церкви. Старое название — «Святой отдел расследований еретической греховности» уже давно не используют. Долго писать, говорить. ОБЕ или Инквизиция.
Я кивнул, показывая, что понял.
— Но мы отвлеклись. Корвет сам по себе не лучший вариант, но — с нашей помощью мы и из него конфетку сделаем. Да и покрепче он будет Петровича твоего. А после доработки — вообще, песня будет.
— Тебе виднее, — не стал я спорить:
— Но я не думаю, что Тод так легко отдаст мне Корвет. Сам прикинь — ну свяжусь я с ним и что? Негодяй! Верни корабль и девушку? — писклявым голосом изобразил я своё гипотетическое обращение к Инквизитору.
— Не вернёт. Тебе отобрать и то и другое надо. Силой.
— Силой? Сдурел? Мне что — лететь на их Станцию и там…да там меня пристрелят, едва он пальцами щёлкнет.
— Силой вернуть. И я не сдурел. И на Станцию их, в Камадхеу лететь не надо. Ты только спокойствие сохраняй, да? Нечего тут передо мной истерить. Для Тода своего силы побереги.
— Не мой он, — огрызнулся я стараясь успокоиться — последние новости изрядно подпортили мне настроение.
— Он сейчас не на Станции. У него, прости, но это так — у них, медовый месяц.
— Чего? Что ты сказал? Погоди…у них? С Аришей? — полученная новость ошарашила меня.
— Да, у них. Они романтический круиз устроили. Вернутся в Камадхеу недели через две.
— Ты врёшь! — в негодовании на клевету в адрес моей девушки я привстал из своего кресла.
— У Тода этот…как его — целистат. Он не может жениться.
— Кофе налей, — спокойно парировал Чип:
— И не целистат а целибат. А я что? Что-то о свадьбе говорил?
Хотя во мне внутри всё просто клокотало от злости, я сдержался и аккуратно налил себе в кружку кофе.
— Вон там сливки, сахара не забудь, — пока я возился с кофейником, непривычной высокой формы он хмурил брови что-то прикидывая.
— Ну давай, я уселся обратно в кресло и принялся помешивать кофе:
— Всё рассказывай.
— Эхх…может не стоит, а?
— Раз уж начал — то до конца давай. — я ополовинил чашечку и аккуратно поставил её на край стола, оставив себе пластиковую ложечку — привычка что-то вертеть в пальцах в подобные моменты.
— Как хочешь. Начнём с того, что Тод действительно не может жениться. Обет безбрачия — это комплектом идёт к обету бессеребреничества.
— Так.
— Но! Ни кто не запрещает ему иметь — в хорошем смысле, конечно, учеников. Не кипятись! — он сделал рукой успокаивающий жест и я принялся с удвоенной энергией крутить в пальцах бедную ложечку.
— Что может быть естественней, — внимательно смотря на меня продолжил Чип.
— Учитель с Учеником отправились в путешествие. Практика. Рабочая. Обычное дело, да?
Я кивнул.
— Ну они и направились. Только почему-то, наверное ради экономии, не иначе, останавливались они исключительно в номерах для новобрачных.
— Уверен?
— Абсолютно. Конечно — не под своими именами, но это как раз и важно. Если всё законно, то — зачем скрываться?
— Бред! — решил до конца не сдаваться я:
— Ты узнал, значит и другие узнают.
— А что узнают? Про номера? Так выкрутится — других мол не было.
— Ну…там гадюшник тот ещё. Камеру поставят, жучок там?
— И?
— Что и? Тод — битый ворон, не будет он так подставляться. Врёшь ты. Вот не знаю — зачем, какой тебе резон мне лапшу вешать, но врёшь.
— Резона нет, ты прав. Ты и так наш весь. — согласился он со мной:
— А видео… А что видео или аудио. Отмажется.
— Как? Ему же нельзя?!
— Нельзя. Но — проводить тренировки с Учеником — можно!
— Это какие тренировки?
— Да, Господи! Любые. ММммм……ну пусть по вербовке кадров, или по совращению. Организация компромата, например.
— Бред! Кто в это поверит?! Факт то ну этого — вот он.
— Отмажется. Лет десять — двенадцать назад скандал был. Святоша один турне с мальчиками из хора организовал. Типа миссионерил он. Ну а потом выяснилось — он весь хор того.
— Чето…того? — не понял, точнее понял — но не поверил я.
— Того-того. Того самого. И знаешь — отмазался. Де мол я так их ангельские голоса сохранял. Связки им разрабатывал.
— И…что? Не наказали? Ну, этого?
— Не-а. Благое дело делал, неверных обращал. А это — я про хор, так, мелочь. Так и Тод твой. Выкрутится. Тем более Ариша — девка видная, фигуристая, да и давно они вместе.
Что-то звонко щёлкнуло и мою правую ладонь обожгло болью. Я скосил глаза вниз — кулаки были сжаты, по правому текла струйка крови. Из левого кулака торчал обломок пластиковой ложки.
— Первая жертва мести, — спокойно констатировал Чип:
— Ты руки в карманы что ли засунь, нечего мои вещи ломать.
— Извини, это… это…
— Продолжим.
