Я непроизвольно перевёл взгляд на её ножки. Потом выше. Потом ещё. Поняв, что ляпнула не то, Селена слегка покраснела, а я, не придумав ничего лучше протянул.
— Дааа…
— Что, да? Извращенец! Я не то имела в виду.
— Жаль…
— Нахал. — но её тон говорил обратное.
— Я тогда за Питоном и сюда? Да? Я быстро. И, — я подмигнул ей.
— Можно будет потом и поцеловать, да…
В ответ мне пришлось уворачиваться от метко брошенного в меня болта, так что в рубку я забрался быстро — вокруг Селены, на полу, было ещё много более тяжёлых предметов.
Однако, Фелиция знает толк в прыжковых движках, размышлял я, пока мой Питоша преодолевал в районе двух десятков световых лет за раз. Расстояние от места стоянки Питона, до Системы Kuk, где обитала Селена я преодолел за какие-то девять прыжков — вообще ерунда. Это краткое путешествие протекало мирно — только один раз, в системе двойной звезды, где крохотный белый карлик наматывал круги вокруг обычной звезды класса G, меня попытался перехватить какой-то неудачник на Фер-де-Лансе. Почему неудачник? Ну а как его ещё назвать? ФДЛ — отличный, заточенный на бой корабль — в ущерб остальным характеристикам, в том числе и дальности прыжка. Максимально — пятнашку покроет, а в боевом фите и того меньше. И куда ему тягаться с моей двадцаткой? Я даже не снизошёл до общения с ним, пропустив все его вопли и требования об остановке и честном бое. Была бы ещё система нормальная — обитаемая, с полицией и всеми прочими легальными структурами, а тут — анархия. Ну, завалю я его. А что дальше? Премии за него мне не дадут, а ракеты — они денег стоят. В общем — не стал связываться и прыгнул дальше.
Так — быстро и спокойно добрался до базы Селены.
Ну а там…
Селена со своей командой разобрала мой кораблик за какой-то час. Сняла всю броню, отчего Питон предстал передо мной в каком-то обглоданном виде — сквозь шпангоут обшивки проглядывали беззащитные модули, трубопроводы и пучки кабелей. Мне даже стыдно стало за своего боевого товарища — ощущение складывалось, что его оставили без одежды в общественном месте.
Ещё пару часов она возилась с броневыми пластинами и около трёх часов ушло на их установку обратно.
— Принимай работу, шахтёр. — Селена игриво толкнула меня локтём в бок.
— И… И что я должен увидеть? — внешне Питон не изменился. Даже доставшийся мне в наследство окрас пребывал без изменений.
— Как что? Вот же! Прочность почитай на сотку процентов повысила тебе. — она махнула рукой в сторону корабля.
— Ты меня, прости, но — при всём уважении к твоему опыту — я ничего нового не наблюдаю.
— Да?! — она упёрла руки в бока.
— А что ты, собственно, хотел увидеть?!
— Ну… — я изобразил руками нечто округлое.
— Если прочность на сотку, то, наверное, и размеры должны были увеличиться. Корпуса. Ты же почти в два раза его?
— Серость с лампочкой. Новейшие технологии, понимаешь? Это — композит.
— Угу, — я кивнул. А то я не знаю, что у меня стоит. Композит. Военный.
— Вот. Мы его расслоили, — она сделала жест рукой, будто нарезала ладонью батон хлеба.
— Расслоили и часть слоёв заменили. На более оптимальные. Понимаешь?
Я потряс головой.
— Эххх… — она заложила руки за спину и прошлась передо мной, как учитель, растолковывающий особо тупому ученику элементарные истины.
— Габариты не изменились, но общая прочность — усилилась. Как и термостойкость, взрывоустойчивость и вандалостойкость.
— Вандало? Это от хулиганов что ли? — почему-то тут я представил себе банду гопников, дубинами и разводными ключами лупящих по корпусу.
— От кинетических повреждений. Столкновения, удары о препятствия. Понимаешь?
— А пули и снаряды?
— Это тоже самое.
А вот это было интересно — уж больно часто последнее время мои противники норовили обстрелять меня то картечью, то из пулемётов.
— И сильно от вандалов защита? — я изобразил ладонью горку.
— Процентов на пять, может на пять с половиной.
— Негусто.
— Тебе хватит. Вкупе с увеличенной толщиной…
— Погоди, — перебил её я, помня о бесплатном сыре.
— А негатив какой? Что просело?
— Да в общем-то ничего. — Селена достала из кармана брюк платок и вытерла лицо.
— А по подробнее?
— Да что ты пристал? Сказала же — всё в пределах нормы и погрешности.
Я саркастически ухмыльнулся. Знаю я ваши нормы и погрешности — что у вас по бумажкам мелкая погрешность, в бою может конкретным таким ненормативным фактом в борт прилететь.
— А по точнее? Что зашкаливает? Масса? Структурная прочность корпуса — из-за возросшей нагрузки? Девочка… Мне на нём в бой идти, — я кивнул назад, на корабль.
— И рассыпаться на части, по милости твоих погрешностей, мне как бы не хотелось бы.
— Не рассыплешься, — огрызнулась она, моментально переходя из состояния «милая девушка средних» лет в «злобную стерву».
— И вообще? Ты чего тут делаешь? Ты же к Диди хотел? Ну, так вали уже. Извращенец.
— Я?! — последнее обвинение было совсем уж голословным.
— Ты! Пришёл, вынудил с твоим хламом возиться, оскорбил! Хам! Нахал! Пошёл вон! — Селена пальчиком указала на корабль и притопнула ножкой.
