Записки прохожего полностью

Макс хмыкает: — Между прочим, у неё в сумочке дамский револьвер, пятизарядный, зато на семь миллиметров. Похоже она будет защищать своих детей до последнего.

Девушка выносит кукол, осматриваю, каждая в полиэтиленовом пакете, все в двух больших пакетах. Она опять садится за стол.

— Леди, вы любите кошек?

— Да, я люблю кошек, но здесь, в Лондоне невозможно содержать кошку. Теперь я уеду к родителям на ферму в Девоншир и заведу там себе несколько кошек.

Все ясно, Макс, усыпи её. Леди кладет голову на руки и засыпает, сидя за столом. Собираю всех кукол в хран. Достаю на стол кота.

— Макс, а что наш красавец, судя по всклокоченности и рваному уху, он не совсем домашний.

— У него есть теплые образы помойки возле ресторана и большого человека, иногда выносящего ему еду. Хозяина явно нет.

— А мы можем ему внушить что вот эта самая лучшая в мире женщина его хозяйка?

— Попробую, с сомнением в голосе сказал Макс. — Достань эскалоп и положи у него перед мордой. Сам давай под хамелеона. Начинаю выводить их из сна.

Кот очнулся первым, без лишних экивоков придавил лапами эскалоп к столу и начал пожирать, урча и чавкая. Девушка распрямилась и удивленно посмотрела на кота. Потом вокруг. Встряхнула головой и проверила деньги в сумочке — на месте. Опять уставилась на кота. Тот закончил с мясом и уставился на неё.

— Вот, сейчас, забормотал Макс, вот сейчас будет момент истины.

— Кииса, ты теперь будешь со мной вместо них?

Кот муркнул, прошел по столу начал тереться о грудь девушки. Твердая троечка. Потом запрыгнул к ней на плечо и уставился на меня мудрыми зелеными глазами.

— Ты знаешь, зашептал Макс, а он нас видит и говорит, что мы можем уходить.

— Ну так пошли уже, хватит чудес.

Дверь распахнулась как от сквозняка и осталась открытой. Выхожу на улицу, но глаз пока внутри.

Девушка медленно встаёт, задумчиво запирает дверь на замок и уходит с котом на плече в другую дверь внутри магазина. Пусть тебе будет легко по жизни, в сказочном графстве Девоншир.

— Это что за фигня? — Это ноутбук. Концептуальная модель.

Иду по улице, разглядываю прохожих. Здесь повальная мода на клетчатые рубашки. Многие и в клетчатых брюках. И у девушек тоже. Один я во всем зеленом, как из болота вылез. На развилке Нарроу и Хорсферри-роуд тихо бибикнуло такси. Махнул рукой, подъехало, сажусь.

— Кебмэн, вези меня в порт, где большие корабли, поплыву в закат.

Водила снисходительно хмыкает и включает счетчик. Минут сорок петляли по закоулкам. И под Темзой проезжали в туннеле. По полям ехали, по лесам тоже. Приэхали, здание с надписью Port of London authority. Синие буквы между вторым и третьим этажом. Ну пусть будет управление порта, мне без разницы. Описывать этот архитектурный комплекс несуразиц, слепленных в один ком, даже не буду и пытаться.

Водила кивнул на счетчик, я снисходительно хмыкнул и спросил:

— Хав мени долларз?

— Севен.

Ну севен так севен, держи свой севен. Такси уезжает, а я бодро шлепаю по Ройял пир роуд с плавным переходом на Гордон променад. В конце которой и начинается трущобная феерия складов. Ржавые контейнеры, городухи из шифера и ржавого железа, вполне себе из бетона, разное тут было. Нагромождения новых морских контейнеров. Длинные пакгаузы из профильного железа, старинные из красного кирпича. Хожу-брожу под землей, сканирую что где есть. И чего там только не было. Прибираю двести мешков пшеничной муки. Пятьдесят кукурузной муки. Сто мешков гороха, сто бобов. Двести мешков риса длинного. Пять тонн бензина Калоша канистрах из полиэфа. Десять тонн дезодорированного осветительного керосина в тефлоновых канистрах. Ламп керосиновых изящных пятьдесят и Летучая мышь пятьдесят. Ацетон сто литровых бутылок. Свечей парафиновых десять ящиков. Шнур капроновый сечением в сантиметр, десять бобин.

Сервизов английского костяного фарфора на двенадцать персон, двадцать штук. Строгие такие сервизы, узкой полосой геометрический синий с золотом узор и все, никакого кича.