– Сомневаюсь насчет рад, но точно не ожидал, – немного растерянно ответил я.
– Как ты сюда попала? Вернее, как я сюда попал?
Она громко рассмеялась, что я почувствовал вибрации её смеха на себе, и стулья вокруг стола начали дребезжать. Её свет стал ещё ярче, что температура в комнате резко начала подниматься, и чашка на столе начала реагировать, будто сейчас взорвется.
– Это твой дед во всем виноват! – громко крикнула она, – Это он закрыл нас всех в долине, а расплачиваться придется тебе.
Внезапно в потолке появилось большое черное пятно, и оттуда, с криками, выпали на стол две дерущиеся светящиеся фигуры. Приземлившись, они перекатились по столу, и упали на пол. Тамара, перевела взгляд на них.
– Вставайте, вам нет смысла драться, вы теперь на одной стороне. – громко крикнула она.
Звук борьбы прекратился, и обе фигуры поднялись из-за стола. Первая поднялась Лариса, и следом за ней встала… Мия. Она издавала такое же свечение как и все красные, но глаза еще продолжали оставаться теми родными и знакомыми.
– Какого хера! – прокричал я, – Что они с тобой сделали?
Я бросился к Мие, но Тамара, схвати стул, резко одернула его в сторону, и все стулья из-за стола разлетелись в стороны, ударив меня по ногам. Я отлетел, корчась от боли, и не понимая, что происходит.
– Платон, убей её, это их тюрьма, – успела крикнуть Мия. И стулья тот же час направились в её сторону, и вытолкнули за пределы комнаты. Я быстро нащупал в рюкзаке лопатку и поднялся на ноги.
– Дурачек, – снова засмеялась Тамара, и стулья снова вернулись на свои места, – Освободи нас, и может быть останешься живой.
Со стороны Тамары неожиданно появилось черный круг, и оттуда всей массой вылетел дед-морж. Он не останавливаясь снес Тамару с ног, но та легко поднялась, и отбросила его в сторону.
– Чашку разбей, – крикнул дед, цепляясь за ноги Тамары.
Я быстро бросился к столу, ожидая движения стульев. Те по команде начали быстро перемещаться в мою сторону, и я перепрыгивая, в полете замахнулся лопаткой на чашку, находившуюся на столе.
***
– Платон, – кто-то одернул меня за руку, – Сколько можно тут тормозить? Мы едем или нет?
Я стоял в кафе, держа в руках два стаканчика кофе, и бумажный пакет с едой под рукой. За стойкой всё также сидела продавщица с большими ресницами, и ярко-красной ядовитой помадой, работая пилочкой для ногтей. Обернувшись, я увидел злую Мию.
– Алё, ты тут? Хватит втыкать. Я не хочу ехать по темноте в твою "Мухосраловку", – с недовольством в голосе сказала Мия, и взяла у меня один стаканчик с кофе.
Я вышел из кафе всё еще под впечатлением от непонятно откуда взявшегося кино, попивая кофе на ходу.
– Слушай, может ну её эту квартиру? – вырвалось у меня.
– Ты чё, на приколе? Ты меня пол года уговаривал, я всё бросила из-за тебя. Нет уж, я должна это увидеть.
– А если не понравится? Ты же мне все мозги вынесешь, уж я то тебя знаю.
– Что то я тебя не пойму: то ты меня уговариваешь, а теперь отговариваешь. Что случилось?
– Да что-то чуйка не даёт покоя, показалось в кафе кое-что.
– Сколько в дороге, и не такое покажется. Сейчас кофе приведет тебя в порядок.
Я не стал с ней больше спорить, и молча допив кофе, выкинул стаканчик в стоящую рядом мусорку.
– Ну что, погнали? А то скоро начнет темнеть.
– А я тебе о чем, полетели.
Мы сели в машину, и огромный столб пыли, вырвавшись из-под колёс, рассеиваясь, проводил нас к переменам.
Сявка-дурка
Крик галок и ворон, вперемешку с шумом проезжающих машин прервал мой крепкий сон. Рассвет только начинался: с балкона веяло летней прохладой и серое небо уже было в ожидании первых солнечных лучей. Я дотянулся до телефона на прикроватной тумбочке и посмотрел на время. 4:53… «Сука, опять эти пернатые. Хуле вам не спится?» – выругался я про себя, и побрел на кухню выпить стакан воды. По дороге, еще в полудреме, я перецепился через кота, который с моим пробуждением радостно ломился на кухню в надежде получить утреннюю пайку. Ёб твою мать, – крикнул я, пытаясь поймать равновесие, и кот, поняв, что ничего хорошего не предвидится, быстро поменял направление и забежал в соседнюю комнату под стол.
С приходом лета каждое утро эти громкое сборище птиц устраивает совещание на деревьях под моими окнами. Обычно их собирается не меньше сотни, все что-то живо обсуждают и часам к семи их уже и след простыл. Сегодняшнее утро не стало исключением, и иногда складывалось впечатление, что их с каждым разом всё больше и больше, и кричат они ещё громче.
– Встречайтесь в 9, заебали, – крикнул я с балкона.
– Поддерживаю, – услышал я голос сверху.
В какой-то момент я почувствовал себя долбоёбом, а сосед, выбросив окурок с балкона, со скрипом закрыл окно. Еще несколько секунд я понаблюдал за птицами, которым было абсолютно похер на меня, и закрыв дверь, вернулся в кровать досматривать свои цветные сны.
