двадцать минут на путь от «Беговой» до «Пушкинской» и от выхода из «Чеховской» пешим бульварным броском до садика. на маленькой прогулочной площадке или ещё в раздевалке – забрать. а потом – прогулка домой дворами, иногда и мама нас догоняет или раньше меня уже собирает чадо, а она это делает лучше, тогда нам всем веселее и уютнее. нужно ещё не забыть со шкафчиков детской одежды, как раз почти над нашим грибочком – квитанцию об оплате, и вовремя заплатить, а то зарплаты воспитательницам (полноватой блондинке Ларисе Ивановне и одутловатой брюнетке Галине Петровне) не начислят, у них тут всё строго, как и они сами. особенно Галина Петровна – старая школа. садик основан (некогда с бабушкой моей работавшей) Надеждой Константиновной Крупской – кажется, Галина Петровна с тех пор и работает, когда в реквизированном флигеле («людской») и конюшнях усадьбы Татищева сделали сад для детей красных командиров. конечно же, нет, и Галина Петровна помладше моей мамы будет, но историей своей детсад гордится – на стендах у входа (откуда бы я её узнал?), и воспитывают детишек в правильном направлении…
кто бы рассказал о башнях Кремля и звёздах в их средней группе так, что по весне моё дитя, гуляя со мной, очарованно глядело от книжного магазина «Москва» вниз на Манежную и на Никольскую башню с неподдельным, первооткрывательским интересом? кремлёвские звёзды рубИнят… это они, воспитательницы наши, пропагандистки – скорее всего, Галина Петровна. бывает и сурова, но справедлива всегда: строгая, не цацкается. в них много советского, в Галине Петровне активное (порядок и равенство), в Ларисе Ивановне – пассивное (простоватая приветливость ко всем, никаких привилегий, угощает даже нас, родителей чем-то из ужина, если забираемся последними и остаётся).
а нынешним утром мы традиционно вместе с женой отвели доченьку к восьми, успели попить кофе на Большой Дмитровке в «Му-му», и вот я в редакции на Цветном бульваре – в идеальном для того чтобы заняться прозой состоянии, но с небольшим недосыпом, слегка взболтанным кофейным допингом. никого ожидать в ближайший час не стоит, а сколько бы мы ни шатались по центру – жене надо к девяти направляться на Никольскую в свой Левада-центр, мне – к рабочему файлу романа-эшелона. можно было бы и дома писать, но зачем? парадоксальным образом пишется роман-эшелон, двигается к пятой главе хорошо тут, среди суеты, но и утреннее затишье приятно. начал я его ещё в Томске, и вот второй уж год пошёл работы, с перерывами…
главное – не поддаться кофейной энергорасточительности и сетевой суетливости по мелочам, открыть файл, а там уж всё само собой, с правок начнётся. родные словосочетания за уши притянут к себе, затанцуют дальше… за спиной моей коричневые, болотно-зелёные и синие подшивки «ЛитРоссии» с шестидесятых годов аж – вся эта полувековая толща запечатлённых периодикой недель, томов двадцать, – как бы подталкивает и подглядывает, старыми косными корешками-клеями попахивает. обычно шумы немного отвлекают, субарендаторы гремят дверью, курят на улице, топают по лестнице, что тоже у меня за спиной, за толщами подшивок и стен, – но сейчас на удивление тихо. среда… тираж номера уже отпечатан, и отдел «экспедиция» с утра его развозит по московским адресам и вокзалам, откуда он поездом попадёт в ряд городов, чтобы в пятницу (день официального выхода еженедельника) быть уже в ларьках. самое время пописать в следующий номер или в свой роман-эшелон.
погружаюсь в родные неокрепшие абзацы и даже удивляюсь тому, как быстро спорится продолжение и уточнение их, благо интернет под рукой. проработав так минут сорок, слышу, как кто-то ломится во входную дверь, а она на слабом магнитном замке. замок, видимо, поддаётся, потому что шум движения от двери входной приближается уже к моей.
как-то наискось и тихо, но при этом резко приоткрыв дверь нашей «приёмной», в дверном проёме возникает крупный брюнет в кожанке, топчется:
– Это офис, вы здесь работаете?
– Нет, это не офис, это редакция, и я тут работаю.
(издали, от двери брюнет северокавказской наружности показывает своё удостоверение и говорит, что он из угрО, оперуполномоченный)
– Дом тридцать два, строение три? Редакция? А где офис? Вас зовут не Александр?
– Меня зовут Дмитрий, могу паспорт показать, я тут редактор отдела. Офисов тут нет, тут только редакция – вон, видите, газеты печатаем и продаём.
(часть пачек свежего тиража действительно навалена башней на чёрном кресле рядом со мной, а под ним ещё номеров так пять предыдущих, в заполиэтилененных пачках)