Я озадачился. – Знаешь, нам бы тоже надо вооружиться.
– Помнишь машину инкассаторскую на углу? Надо забрать там всё, – предложил Генка.
– Завтра сходим, – ответил я прислушиваясь. Минут десять как было тихо. – Всё-таки не надо собрания пропускать, – сказал я и потом долго ворочался, пытаясь уснуть.
Когда мы проснулись, первым делом осмотрелись из окон, но всё было спокойно. Заперев подъезд, мы прыгнули в машину и через несколько минут подъехали на угол набережной и Хамовнического вала, где на том же месте стоял инкассаторский фургон.
В оконном приямке мы ожидали найти наш тайник с оружием инкассаторов, но под кучей мусора ничего не было.
– Ну ты посмотри, ничего оставить нельзя, – с досадой сказал Генка, вылезая из приямка. – И чего мы, дураки, раньше это не вывезли. Ладно, поехали в гостиницу.
У входа не было полицейского, к присутствию которого в этом месте мы уже привыкли, поэтому мы зашли внутрь. За стойкой регистрации заселяющихся сидела Марина, весёлая и активная девушка лет двадцати пяти, с которой мы завели знакомство в первые дни, так как всюду её встречали. Да и не познакомиться с ней было невозможно, так как Марина была удивительно открыта и общительна. Увидев нас, она встала и осмотрелась, словно хотела рассказать секрет старым друзьям.
– Слышали? – спросила она негромко. – Стрельбу слышали? Ой, беда у нас, ребята.
– Да, – мы подошли. – А что это было?
– Полицейский с ума сошёл. Отстоял тут у входа свою смену, сдал вахту и пошёл отдыхать. Через час открыл стрельбу.
– Да ты что!
– Убили его. Он ведь сумасшедших наших пострелял и двух нормальных, кто там за порядком следил. Клавдия Марченко, психолог наш, чудом уцелела, так как ушла оттуда незадолго. А он поубивал там всех из своего автомата, потом поднялся на крышу больницы и оттуда начал уже без всякого порядка вокруг стрелять. Хорошо хоть сюда, в гостиницу, не пошёл.
– А ты хотел сходить посмотреть, – укоризненно сказал мне Генка.
– Друзья его, другие полицейские, хотели уговорить, а он и по ним огонь открыл. Евдокимова ранил в плечо.
– И как же закончилось?
– Приехал Макаров, потом военные. На соседнюю крышу залезли и оттуда из пулемёта его убили.
– Ну дела, – сказал Генка. – Весёленькая у нас жизнь теперь будет, из-за каждого угла пристрелить могут.
– Ребята, ну вы завтра на собрание-то приходите. Макаров, наверное, какое-то объявление сделает. Да и вообще, собрание по средам у нас обязательное, а вас прошлый раз не было.
– А ты записываешь, что ли?
– Макаров грозится запись ввести, но пока нет. Просто на прошлом собрании подняли опять вопрос про воду, хотели вас спросить, стали звать, а вас и нету.
– Придём-придём, – успокоили мы.
– Да, пожалуй, надо вооружаться, – сказал я, когда мы вышли из гостиницы. – Жаль, что мы сразу не сообразили наведаться в отделение полиции. В первый день там наверняка никого не было, а в таких местах всегда есть оружие.
Хотя и без надежды, мы съездили в ОВД Хамовники, которое находилось совсем рядом. Входная дверь была кем-то грубо заварена.
– Видимо, мы с тобой не единственные слесари с газорезкой, – сказал Генка, трогая сварной шов.
– Ясно, что не единственные. Ты же слышал, человек двадцать слесарей всяких спаслось. Ну а как ты хотел, все, кто по подвалам, те и спаслись.
Позже мы узнали, что заваривали дверь сами сотрудники полиции. Сварочный аппарат они где-то раздобыли, возможно, на одной из строек, а пользоваться им умеют многие. Полицейские ещё в первые дни объехали все отделения и опорные пункты, собрав пистолеты и автоматы из оружейных шкафов и сейфов.
У спасшихся быстро выработалась такая привычка: проверять ногой все кучки одежды, которые валялись повсюду, особенно на тротуарах. Многие не ленились и нагибались всякий раз, руками ощупывая карманы курток и пиджаков, вытряхивая содержимое дамских сумочек и мужских портфелей. Каждый второй выживший ходил по Пузырю с длинным посохом, на роль которого приспосабливали деревянный черенок от швабры или метлы. Таким посохом били окна, гоняли крыс в магазинах и, чтобы не нагибаться, осматривали кучи одежды. Если в кармане находился брелок автомобильной сигнализации, нашедший пытался найти машину, водя вытянутой рукой вокруг себя и нажимая на все кнопки. Если отзывался один из стоящих неподалёку автомобилей, брелок кидали ему на капот. Через пару месяцев брелки на капотах можно было встретить очень часто, особенно, если группа машин стояла около кинотеатра или ресторана.
Большинству людей было нечем себя занять. Еды было достаточно, насущные потребности удовлетворялись, а вскрывать квартирные двери или лазить в дома через разбитые окна могли не все. Поэтому, люди гуляли, а точнее сказать, слонялись, в поисках интересного, общупывая валяющуюся одежду, и, по слухам, иногда находили оружие.
Мы с Генкой тоже не теряли надежду найти то, что осталось от какого-нибудь сотрудника в штатском, но нам не везло. Не удавалось нам также найти другие инкассаторские машины. И вдруг меня осенило:
– Слушай, а ведь на набережной находится здание Министерства обороны! Там точно полно оружия!
