В прихожей стоит узкий шкаф с облупившимся лаком – старый, но отполированный до блеска. На стене крючки с куртками, среди которых висит знакомая джинсовка Руслана.
– Нам сюда, – указывает Славик, направляясь направо.
Я следую за ним.
Кухня оказывается крошечной, но светлой.
Слава опускается на один из стульев, мне кивает на другой.
– Падай.
Я занимаю место у холодильника и бегло оглядываюсь. На подоконнике – глиняные горшки с алоэ, над окном – простые серые занавески. Старая плита выглядит ухоженной. Надо заметить, здесь очень чисто, несмотря на то, что мебели, наверное, лет тридцать, если не больше.
Стол накрыт клеёнкой в цветочек, а в центре – сахарница, стопка кружек и блюдо с сушками.
Эта обстановка напоминает мне дом бабушки и дедушки. Когда я была маленькой, мы ездили к ним в деревню, и всё там было почти таким же.
От разглядывания меня отрывает приглушенный голос тёти Марины, и явно недовольный Руслана, доносящиеся из глубины дома.
– Может, он действительно занят? – прислушиваюсь к его тону, все еще пытаясь понять, чем вызван негатив в нашу сторону.
Славик пожимает плечами.
– Не знаю.
– Так, Руслан присоединится к нам позже, – в дверном проёме показывается тётя Марина.
Снимает с крючка фартук и завязав его за спиной, ставит на плиту чайник.
– Мы с тобой еще не познакомились, – доброжелательно оборачивается ко мне. – Ты Даша, да?
– Да, – улыбаюсь ей.
– Я Марина Анатольевна. Можно просто тётя Марина. Как твоя нога?
– Уже хорошо, спасибо.
– Ну и прекрасно. Вы голодные, дети? Есть рис и капуста тушеная.
– Нет, спасибо, – мотаю головой, – я только недавно поела.
– Я тоже, – подхватывает Славик.
– Ну, смотрите. Тогда чай.
– С конфетами, – лезу в рюкзак и достаю оттуда пакет с шоколадными трюфелями, которые привезли отцу. – Угощайтесь.
– Ой, вы кушайте, дети, мне незачем.
– Нет—нет, чай пьем мы все, значит и конфеты тоже едим все.
Рассмеявшись, хозяйка достает из ящика тарелку, и я выкладываю на неё конфеты.
– Ну рассказывай, вы откуда приехали к нам?
Как—то так выходит, что разговор завязывается легко. Тётя Марина оказывается приятной женщиной. Она угощает нас вкусным чаем с бергамотом, достаёт клубничное варенье к бубликам, поддерживает нашу ненавязчивую беседу.
Когда она ударяется в воспоминания о детстве Руслана, я не замечаю, как заслушиваюсь. Глупо улыбаясь ее рассказам, царапаю ногтем выцветший рисунок на клеенке, а когда поднимаю голову, натыкаюсь на взгляд объекта нашей темы разговора. Руслан стоит, подперев плечом дверной проём и наблюдает за моим пальцем, скользящим по клеёнке. Я рефлекторно застываю и убираю руку со стола.
– О, ты освободился? – замечает его тетя Марина, – Садись давай. Даша такие конфеты вкусные принесла, пальцы можно слопать. Я в жизни таких не ела.
– Ты пей, ма. Я потом, – сухо отвечает Руслан.
– Я уже допила. Садитесь пообщайтесь. Гости к тебе все—таки пришли, а не ко мне.
Руслан подходит к столу и садится на её место, так как стульев только три. Я пытаюсь понять по его лицу его настроение, но судя по выражению, оно улучшилось не на много.
– Чем это ты таким занимался? – с издевкой толкает его локтем Славик.
– Да алгебру он учил, – отвечает вместо Руслана мама.
– Мам, – он недовольно закатывает глаза.
– Что? Секрет что ли? У Руслана беда с этими всеми точными науками, – тетя Марина опускает перед ним чашку.
– Нормально у меня всё, – чеканит он сквозь плотно сжатые зубы.
– Ну да, нормально. Как поступать будешь, ума не приложу.
– Так давайте я помогу, – выпаливаю я, не раздумывая.
Есть у меня такой грешок – озвучивать свои мысли раньше, чем их обмозговать.
На меня тут же устремляются три пары глаз.
– Я хорошо разбираюсь. У меня одни пятерки. Вообще по всем предметам, – тараторю на одном дыхании.
Бровь Руслана издевательски ползет вверх, а до меня только сейчас доходит, что звучит все так, будто бы я хвастаюсь.
– В том смысле, что я могу помочь с алгеброй. И с геометрией.
– Не надо, – буркнув, Руслан делает несколько глотков чая и тянется за бубликом.
– Что значит не надо? – подхватывает мою идею его мама. – Очень даже надо. Дашенька, если тебе не сложно, то было бы прекрасно.
– Мне не сложно.
Хруст разламываемого бублика разносится по кухне, и я замечаю, как несчастная выпечка становится крошкой в кулаке Руслана.
– Решено, можете начинать хоть сегодня. Русик, ты же понимаешь, что это лучший вариант. Нанять учителя у нас денег нет, а нужно чтобы тебе просто кто—то объяснил материал.
Окрыленная идеей хозяйка испаряется из кухни, оставив меня на растерзание ее сына.
– Кто тебя за язык тянул? – пилит меня взглядом Руслан, высыпая на клеенку то, что осталось от бублика.
– Я помочь хочу.
– Я тебе так—то тоже предлагал помощь и не раз, – заявляет Славик.
– Идите вы оба, – закидывает в рот новый бублик Руслан.
– Бери конфету, – пододвигаю ему мою самую любимую, с миндальным орехом.
– Не хочу.
– Она вкусная.
– Ну, ты и ешь.
– У меня дома есть. Угощайся.
По взгляду Руслана понимаю, что делать этого он не собирается.
