– Я расскажу тебе о сделке, которую заключил с Греко, и заново поклянусь в верности при условии, что меня официально утвердят доном Филиала, я разведусь с твоей сестрой и ты гарантируешь безопасность мне, а также моим сыновьям и невесте. – Он впивается ядовитым взглядом в Лео. – Ты также понизишь Мессину до soldato.
– Если ты думаешь, что меня это разозлит, подумай еще раз. Я с радостью обменяю свою карьеру, обменяю все, чтобы быть с любимой женщиной, – говорит Лео.
Бен стреляет взглядом в сторону Лео и возвращается к Джино.
– Не впутывай сюда Мессину, и мы договорились.
По комнате разносится грубый смех Джино, и я сглатываю комок нервов, забивший горло.
– Исключено.
– Соглашайся на сделку, – рычит Лео, глядя на Бена и молча о чем-то общаясь. – Освободи Нат. Мне насрать, стану я простым soldato или нет.
– А мне нет. – Бен отталкивается от стены и подходит к Джино. – Я вижу, что ты делаешь, и попытки ослабить мое положение не помогут добиться моего расположения.
– Ты ни хрена не знаешь, Беннет. – Он тыкает пальцем поверх плеча Бена в мою сторону. – Почему бы тебе не спросить сестру, а? Попроси ее рассказать, как она оскорбила меня?
– Наталия была хорошей женой и матерью, а единственный, кто тут оскорбляет, это ты, – рявкает Лео.
– Пошел ты, Мессина. Я знаю, что это был ты. У меня были подозрения, но не было доказательств. Пока ты не стал снова трахать мою шлюху жену.
На лице Лео отражается замешательство, когда он смотрит на меня. Я застываю на месте, не в состоянии пошевелиться или заговорить, когда на меня обрушивается ужасное понимание.
Джино внимательно наблюдает за Лео, слегка нахмурившись, но потом его глаза расширяются. Он смеется, откинув голову:
– Боже мой! Ты не знаешь, верно?
Паника тисками сжимает сердце, и я говорю сдавленным голосом:
– Нет, Джино. Пожалуйста, не надо. Не так! Умоляю!
– Наталия. – Бен подходит ко мне и пристально смотрит в глаза, взяв за руки. – О чем он говорит?
Джино прочищает горло:
– Расскажешь ему, как ты наплевала на наши самые почитаемые традиции и врала мне в лицо, или это сделать мне?
Я на мгновение закрываю глаза и высвобождаюсь от защиты Лео, Бена и моих сыновей. Встаю перед Джино, высоко держа голову и сверкая глазами. Все кончено. Сейчас правда выйдет на свет, так что я могу попытаться взять под контроль хоть что-то.
– Как ты узнал?
– История была неправдоподобной, но сначала я поверил.
– Но ты все равно относился ко мне, как к дерьму, и винил меня. Все могло бы быть по-другому, но ты никогда даже не пытался.
– Потому что ты меня обманула! – орет Джино, махая пальцем у меня перед лицом.
В тот же миг Лео оказывается рядом и оттаскивает меня назад.
– Сделаешь так еще раз, говнюк, и я убью тебя голыми руками.
Он обнимает меня, стоя рядом.
Игнорируя его, Джино продолжает:
– Я подписывался на девственную невесту, а не пользованную брюхатую шлюху.
В воздухе повисает тяжелое молчание, и я ужасно боюсь посмотреть на Лео.
– Ты просто злишься, что я тебя переиграла, – огрызаюсь я.
– Что происходит, dolcezza? – тихо спрашивает Лео, и мое сердце рвется пополам.
– Я всегда знал, что ты неравнодушен к моей жене. – Губы Джино приподнимаются в ядовитой полуулыбке. Ему нравится вонзать нож правды. – Ты жалок со своими страданиями по ней, когда думаешь, что никто этого не замечает. Однако надо отдать должное Наталии. Она никогда не обращала на тебя внимание, так что я не подозревал, что это ты. В последнее время даже начал подумывать, что ошибался, но твоя сегодняшняя реакция подтвердила это.
Если и дальше буду молчать, Джино расскажет все самым отвратительным образом из возможных, так что я подавляю тошноту и страх и поворачиваюсь к своему любовнику.
– За неделю до свадьбы я узнала, что беременна.
– Что? – голос Бена пронизан недоверием.
Перевожу взгляд с потрясенного лица Лео на полное обиды лицо брата.
– Я хотела рассказать тебе, но не видела хорошего исхода.
– Так что вместо этого она вышла за меня замуж и в брачную ночь призналась, что ждет ребенка от другого мужчины. Результат нападения какого-то случайного насильника в городе. Он угрожал ее близким, если она кому-нибудь расскажет, бедная Наталия слишком боялась заговорить и бла-бла-бла.
– Ты была беременна моим ребенком? – шепчет Лео, сжимая мое лицо в ладонях. – Это правда?
Я киваю, по моему лицу беззвучно скатывается слеза.
– Она хотела, чтобы я отправил ее в Италию, чтобы родить там и отдать ребенка на усыновление, – продолжает Джино и лупит кулаком в стену, доказывая, что он все еще бесится из-за того, что произошло много лет назад. – Как будто я позволил бы своей жене родить ребенка от другого мужчины, насильника или нет.
По моему лицу льются слезы, и меня всю трясет. Лео примерз к месту, а Бен не знает, что думать, судя по выражению его лица. Калеб и Джошуа тоже.
– Жаль я не знал, что он твой, когда отправил женушку на аборт, – говорит Джино со злобной улыбкой на лице. – Я гораздо больше наслаждался бы ее воплями.
Лео бросается к Джино, обхватывает его горло руками и сжимает. В глазах Джино нет страха, только веселье.
