Тот не слышал, находясь будто в белой горячке. Его налитые кровью глаза ничего не выражали. Он вновь поднял ножку стула в воздух, но в этот раз Варан ловко схватил ее и отбросил на пол.
– Я тоже считаю, что эти стулья ни к черту и их давно пора сменить, – прошипел морок. – Велеть заказать новые, миледи? Вашему отцу, уверен, они придутся по вкусу.
В это же мгновение дверь открылась и в кабинет ворвался отцовский обережник.
Обережником отца был Медведь, старший брат Йоханны. Лучший воин, каких только видел Нефер.
– Что здесь происходит?! – воинственно начал он, увидев кровь на ковре. – Господи, вы ранены?..
Леннарт тяжело дышал, глядя куда-то в пустоту. Ло молчала, не в силах выдавить ни слова.
– Стул сломался, – наконец произнес Варан и указал на обломки. – Плохо склеили.
Его слова сбили спесь с Медведя, и теперь он выглядел совсем растерянно.
– Господин?.. – повторил обережник, переводя взгляд с Леннарта на Ло и обратно. – С вами все хорошо?
– Где я? – вдруг спросил тот.
Он пришел в себя, от ярости не осталось и следа. Теперь отец напоминал маленького ребенка, который потерялся в лесу. «Да что с ним такое?!» – испугалась Ло.
– Что это за место?
– Это кабинет вашей дочери, господин. – Обережник осторожно приблизился. – Вы не ранены?
– Что? – Отец повернулся к нему, словно не узнавал. – Я не понимаю…
– Мне кажется, ему нужен лекарь, – произнес Варан, утирая рукавом царапину. – И чем быстрее, тем лучше.
Медведь кивнул, осторожно взял Леннарта за плечи и увел из комнаты. Хлопнула дверь. От этого удара у Лорианны будто выбило пробку и она вдруг расплакалась от обиды, совсем по-девчоночьи, как плакала только в самые горькие моменты своей жизни. Ее трясло, да так сильно, что она не могла даже утереть слезы со щек.
Стыдоба-то какая!.. Разрыдаться перед чужаком, да еще и магом! Он точно расскажет обо всем Ибексу! И тот сочтет ее слишком слабой, ведь она позорит род де Гродийяров!
– Держите. – Варан налил воды в кубок и протянул ей. – Как удачно вы попросили меня принести вам свидетельства! Прямо в воду глядели.
– Но я… ничего не просила, – давясь водой, промычала Ло и покраснела еще сильнее. Затем ей наконец удалось успокоиться и сделать глоток. – Какие еще свидетельства?
– Эти. – Варан показал ей пустой лист бумаги. Конечно же Ло не ждала никаких свидетельств, он только что сам придумал эту байку. – Зачем они нужны ее превосходительству, уже не моего ума дело.
– А… Эти… – только и промямлила она.
– Ваш отец явно болен, – заключил морок. – Не держите на него зла.
– Он вас ударил.
– Пустяки. Заживет.
Но Ло не собиралась так его отпускать. Достала платок с вышитым на нем черным лебедем – гербом рода де Гродийяйров, и приложила к разбитой скуле своего спасителя.
Да, тогда она еще не знала, что такое поведение было лишь досадным следствием болезни отца, которая с каждым днем все сильнее и сильнее захватывала разум Леннарта. Если бы знала, то, конечно же, таскала бы с собой Лени на каждую их встречу. Но в те дни она не считала нужным присутствие обережницы, ведь она была в безопасности, в самом центре столицы. И что бы было с ней, если бы не Атис, который по счастливой случайности зашел в ее кабинет? А может быть и нарочно.
– Миледи… Не стоило…
– Не смейте рассказывать о произошедшем Лорду-Магистру, иначе я вас из под земли достану!
– Обычно в таких случаях достаточно простого «спасибо», – беззлобно отозвался Атис и вернул ей окровавленный платок.
– Оставьте себе. Считайте это моим «спасибо».
– Пожалуйста.
Ло опешила от подобной наглости и не нашла, что ответить.
– Вижу, вы устали за сегодня. Передам вашему приказчику, чтобы до конца дня вас не беспокоили. – Он, все так же деловито, как будто ничего не произошло, направился к двери. – Если еще что-то понадобится, я всегда к вашим услугам.
В подтверждение своих слов он ударил хвостом по ковру и вышел, оставив растерянную Лорианну одну в кабинете. Однако именно в тот самый день она вдруг осознала, что теперь не одинока.
Последним пригласили прозектора – старенького морока. Морщинистый бесшерстный кот с синими глазами, из-под стекол очков казавшихся огромными, размером с яблоко, прищуренно осмотрел зал. Его взгляд на мгновение задержался на Атисе, а затем скользнул по трибуне, на которой восседали присяжные. Почтительно поклонившись суду, он встал в круг для свидетелей.
Не похоже, чтобы все происходящее его сильно беспокоило, наоборот, он вел себя так, будто только этого и ждал. Он даже не снял фартук, надетый поверх белоснежного платья с узкими рукавами и сотней мягких пуговиц, словно показывая, что его отвлекли от работы.
В сухих крючковатых пальцах прозектор держал большую серебряную шкатулку с замком, которую отдал помощнику. Помощник поставил шкатулку перед Ибексом, однако Лорд-Магистр к ней даже не притронулся.
– Насколько мне известно, именно вы, господин прозектор, осматривали тело погибшей.
– Так точно, ваше превосходительство.
– Что вы можете сказать о состоянии тела жертвы?
