— Я и так всегда одна.
Лейни смотрит, как я закатываю глаза, затем откидываю голову назад, чтобы положить на полку позади, глядя на проход.
— Ты думаешь, что одна испытываешь это чувство. Думаешь, что ты единственный человек в Сент-Джонсе, которому грустно и которого не понимают, но на самом деле это всего лишь оправдание.
— Не знала, что подписалась на лекцию, которую читает человек, которого даже не знаю.
Я улыбаюсь, но она этого не видит.
— Разве мы не знаем друг друга? Такое ощущение, что да, немного.
Чуть не отпускаю шутку, что она хранит мою фотографию под подушкой, но вовремя прикусываю язык. Она такая юная, я иногда забываю.
Меня это не смутило. С чего бы? Как бы банально ни звучало, но бог любит, когда ему поклоняются.
Мне хотелось утешить ее, не заставляя чувствовать себя неловко. Какие бы чувства ни заставили ее вырезать и сохранить мою фотографию, сомневаюсь, что они настоящие. Когда-нибудь она встретит человека, который будет достоин того, чтобы его фотографию бережно хранили. Жаль, что она этого не понимает.
— Ты рад, что покидаешь школу? — тихо спрашивает она.
Похоже на вопрос, который минуту назад задала школьный психолог, и если в ее кабинете я чувствовал себя так, словно ставил галочки, выполнял свой долг и мог уйти, то здесь, сидя с Лейни, чувствую, что честность — единственный выход.
— И да и нет.
Она в замешательстве хмурит брови.
— Но ты же отправляешься в колледж. Разве ты не взволнован?
— Все не так просто.
— Потому что ты не хочешь расставаться с друзьями? С девушкой?
Пытаюсь сообразить, кого она могла иметь в виду. Несколько недель назад была ночь, когда мы с Франческой увлеклись, но…
— У меня нет девушки, так что нет. И все мои друзья будут на расстоянии вытянутой руки, даже если я буду находиться на другом конце света. Я пойду в колледж в Париже, и, между нами говоря, я готов начать с чистого листа.
— Ну, тогда что тебя сдерживает?
Теперь я молчу.
Она слегка прижимается плечом к моей руке.
— Ты можешь рассказать мне. Я умею хранить секреты.
Почти улыбаюсь ее искренности.
Но вместо этого пожимаю плечами.
— Ничего особенного. Просто… люди многого от меня ожидают. Есть жизненный план, которому я должен следовать.
— Или что?
— Или… ничего. Я буду ничем не примечателен. Неудачником.
Лейни не отвечает, и когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, она хмурит брови, словно не в силах понять, что меня ждет такая участь.
Затем она опускает взгляд на руки, крепко обхватывающие ее ноги.
— Да… Что ж, я завидую, что ты уезжаешь. У меня впереди еще столько лет здесь.
— Не обязательно быть несчастной.
— У меня нет друзей, — говорит она без обиняков.
— Ты могла бы попытаться больше проявлять себя.
— Так же, как ты пытаешься быть менее сердитым? Менее напряженным? И как, тебе это удается?
Какая проницательная малышка.
— Ты права. Люди такие, какие они есть. Но печаль — это тяжелая вещь, которую трудно переносить так долго.
— Мне позволено грустить — я скорблю.
Точно. Ее родители умерли в начале года. Это послужило поводом для множества слухов. Чувствую себя полным придурком, что забыл об этом.
— Ты хочешь поговорить о…
— Нет.
Она ясно выразилась, но я все равно чувствую себя неловко, поэтому рассказываю то, чем никогда не делился ни с кем в Сент-Джонсе, кроме Александра.
— У меня была сестра примерно твоего возраста.
Ее глаза расширяются в тревоге.
— Она умерла?
— Иногда мне хотелось… — Черт, это жестоко. Я качаю головой. — Она не в Сент-Джонсе. На самом деле я едва ее знаю. У нас разные матери, но, думаю, она очень похожа на тебя, умная и тихая.
— Откуда ты знаешь, что я умная?
— Предчувствие. Я прав?
— Да, — возмущенно говорит она. — Я получаю пятерки по всем предметам.
— Хорошо.
Лейни вдруг наклоняется вперед и отодвигает в сторону несколько книг, которые я принес вернуть, чтобы она могла лучше прочитать корешки.
— Издеваешься? Я ждала эту книгу несколько месяцев. Как раз собиралась ее купить.
Я смотрю на книгу Джона Стейнбека «К востоку от Эдема».
— Ты читаешь «К востоку от Эдема»?
— Я бы прочитала, только кто-то ее припрятал.
Смеюсь, наклоняясь вперед, чтобы взять книгу и передать ей.
— Вот, она твоя. Если тебя заинтересует, думаю понравится и «Прощание с оружием».
Ее глаза загораются.
— Я дочитала ее в прошлом месяце.
Мы сидим так некоторое время, позволяя разговору перейти к книгам, решая, какие из них, по нашему мнению, следует почитать, а какие совершенно переоценены. Мы оба предпочитаем Стейнбека Фицджеральду, но если не брать в расчет американскую классику, то фэнтези — для нас лучший жанр.
— Ты читал серию «Рожденный туманом»? — спрашивает она с надеждой в голосе. — Я прочла за неделю.
Ее лицо светится радостью.
Мы могли просидеть так весь день, болтая о книгах, но тут в кармане звонит телефон. Это Харрисон или Александр, а если не они, то кто-то другой, желающий встретиться и попрощаться. Я игнорирую первый звонок, но за ним быстро следует другой. Вздыхаю, и Лейни все понимает.
— Ты завтра уезжаешь? — спрашивает она, не в силах встретиться со мной взглядом.
Киваю.
— Уверена, у тебя много дел.
— К сожалению.
Вещи почти упакованы.