Исчезновения, Ник, недолгое время, что миссис Милтон провела в Бартоломью… Все это как-то связано. Я уверена. Неразрывно связано, будто зловещий уроборос.
Поэтому я и пришла в библиотеку и, подойдя к стойке, попросила:
– Дайте мне все книги про символику, какие у вас есть.
Теперь передо мной лежит дюжина томов. Я надеюсь, что хотя бы один из них прольет свет на загадку уробороса. Если я пойму, что он означает, то, возможно, смогу разобраться, что происходит в Бартоломью.
Я беру верхнюю книгу и открываю алфавитный указатель, чтобы найти все, что относится к уроборосу. Потом проделываю то же самое с остальными, и вот на столе передо мной лежат двенадцать открытых книг. Целая галерея уробороса во всех его многочисленных воплощениях. Некоторые – простые наброски. Другие – затейливые гравюры с коронами, крыльями и символами, вписанными внутрь змеиного тела. Шестиконечные звезды. Греческие буквы. Слова на незнакомых мне языках. Такое многообразие меня ошеломляет.
Я беру наугад одну из книг – старый школьный справочник по символике – и начинаю читать.
Я неотрывно смотрю в книгу. Важнейшие слова на странице притягивают мой взгляд.
Неразрывный круг. Вечный и неизменный.
Я хватаю другую книгу и листаю ее, пока не натыкаюсь на изображение карты из колоды таро.
Маг.
На карте нарисован мужчина в красно-белом одеянии, стоящий подле алтаря. Правой рукой он воздевает к небесам жезл, а левой указывает на землю. Над головой у него, словно двойной нимб, зависла восьмерка.
Уроборос.
Еще один уроборос обвивает его пояс. Змей удерживает себя на месте, вцепившись зубами в собственный хвост.
На алтаре лежат посох, меч, украшенный звездой щит и золотой кубок.
Я наклоняюсь, пристально рассматривая сначала щит, затем кубок.
Приглядевшись, я понимаю, что на щите изображена не просто звезда. У нее пять концов, и она заключена в круг.
Пентаграмма.
Ну а золотой кубок напоминает не столько кубок, сколько нечто церемониальное.
Чашу.
Чаша с пентаграммой пробуждают что-то в глубинах моей памяти. Я вскакиваю с места, оставив книги на столе. У стойки ждет тот же самый измотанный библиотекарь, который помог мне до этого. При виде меня его слегка передергивает.
– Сколько тут книг про сатанизм? – спрашиваю я.
Библиотекаря передергивает еще раз.
– Точно не знаю. Много.
– Мне нужны все.
К половине шестого у меня в руках оказываются, может, и не все эти книги, но весьма значительная их часть. Шестнадцать томов заняли место книг про символизм. Я пролистываю алфавитные указатели в надежде отыскать нужное имя.
И я нахожу его в научной работе под названием «Дьяволопоклонство наших дней: сатанизм в современном мире».
Мари Дамьянова.
Я уже видела это имя в статье о трагическом прошлом Бартоломью. Все эти мертвые слуги, привидения и убитая служанка Корнелии Суонсон. В качестве одного из доказательств вины Корнелии упоминалось ее близкое знакомство с Дамьяновой, предводительницей оккультного культа.
Le Calice D’Or.
Вот как назывался этот культ.
Золотая Чаша.
Я пролистываю книгу и нахожу нужный фрагмент.
