Каспиан встал и протянул руку через стол. Андреа положила свою руку в его ладонь. Я хрустнул пальцами, готовый бороться от имени Джека. Выдержав его долгий взгляд, Каспиан сел.
— Слушай, — сказал Джек. — Ворота должны быть открыты. Мне не важно, восстанет ли Медуза из мертвых и прикует девчонку к пещере. Я и мои люди просто хотят домой. У тебя такая же цель, верно?
— Разумеется, — ответил Каспиан.
— Тогда давай не позволим это паре голубков пустить все псу под хвост.
Каспиан открыл рот, и я подумал, что нам будут в очередной раз говорить о преданности Трейгана, о том, что он никогда не будет таким безответственным и прочую чушь, но внимание всех привлек шум шагов в коридоре. Сначала пошли два Индиго, следом за ними Яра и Трейган. Ужас на ее лице при виде нас, сидящих за одним столом с их неприкосновенными Фиалками, был неописуем.
— Что здесь происходит? — спросил Трейган.
— Трейган, Яра, присядьте, пожалуйста, — приказал Каспиан.
Трейган предложил стул Яре, и она села, но не могла оторвать от меня свой смущенный взгляд.
— Я предпочту постоять, — ответил Трейган.
— Джек, — начал Каспиан. — будь любезен, расскажи Трейгану и Яре, почему вы здесь?
Джек поднял ноги на стол.
— Этот ваш глупый план всегда казался нам стопроцентным провалом, но после того, как я увидел вас двоих вчера на нашей вечеринке, мы не верим, что вы пройдете через все это.
Трейган встал, выпрямившись, и обратился только к Каспиану и Андреа.
— Мы переживем все это.
Андреа наклонилась вперед.
— Джек и Ровнан, кажется, думают, что вы двое, — она водила пальцем от него к Яре и обратно, — влюблены друг в друга.
Яра оглянулась на меня.
— У тебя нет никакого права обсуждать с кем-либо мою личную жизнь!
Джек опустил ноги на пол.
— Ты не была частью всего этого достаточное количество времени, чтобы понять, насколько ты важна для нашего мира. Мы будем обсуждать тебя, когда пожелаем, и будем делать все, что потребуется, чтобы быть уверенными, что ты не кинешь нас на открытии ворот.
— Достаточно, — прервала его Андреа. — Яра, ты же понимаешь, что тебе придется сделать в День Троицы Восемнадцатилетних, и ты готова сделать это, верно?
Яра опустила глаза.
— Она этого не сделает, — сказал я. — Я знаю ее лучше каждого из вас. Я видел, как Трейган смотрит на нее. Он не выполнит эту часть плана.
Трейган направился в мою сторону, но Джек преградил ему путь. Взгляд Трегана был прикован ко мне.
— Ты понятия не имеешь, на что я способен, — прорычал Трейган, стиснув зубы. — Как ты смеешь приходить сюда и сомневаться в моей преданности?!
Все, что нам было нужно, это посеять семена сомнения в головах Фиалок. Я никогда не видел, чтобы Трейган смотрел на какую-нибудь девушку так же, как смотрит на Яру. Он не смог бы об этом лгать.
— Так докажи, что мы ошибаемся. Скажи, что ты не влюблен в Яру. Что тебе все равно, что остались считанные дни до того момента, как ты забудешь о ее существовании.
Его кожа выглядела так, словно при нас же покрылась синяками. Вокруг его отметин закружились оттенки синего, серого и зеленого. Печаль, злость и стыд — все всплыло на поверхность. Это Фиалки и увидели.
— Трейган, — произнес решительно Каспиан.
На золотой коже Яры сгустились рассеянные красные пятна. Я не знал ее достаточно долго в качестве русалки, чтобы понимать, что это значит, но был уверен, что это была печаль.
Трейган посмотрел в лицо Каспиана и Андреа.
— Мы сделаем все, что необходимо, чтобы открыть ворота.
— Хорошо, — сказал Джек. — Я уверен, Яра понимает, что ваш план довольно логичен, особенно сейчас, когда она кровавая обжорка.
— Что? — ахнула Андреа.
Трейган схватился за спинку стула Яры. Мускулы на его шее и руках дернулись от напряжения. Он не сказал Фиалкам об инциденте с пьющей кровь Ярой. Было ли еще что-то важное, что он, по их мнению, скрывал от них?
— Яра пила мою кровь, — сказал я.
Каменный стул раскрошился на кусочки под хваткой Трейгана.
— Это ложь! Она пила кровь Селки, но не напрямую у тебя.
— И ты скрыл от нас эту информацию? — спросил его Каспиан осуждающе.
— Я объяснял ей это. Я объяснял, что такое жажда, что ей нужно бороться с этим и никогда не пить снова. Она выдержала процесс выведения, — его голос был отчаянным и виноватым. — Спросите ее. У нее нет лунных отметин. Холод не часть ее.
Яра выглядела напуганной. Я задался вопросом, видела ли она когда-нибудь мощь гнева Трейгана. Дробление стульев было для него детской игрой.
— Это не имеет значения, — упрекала Андреа. — Ты скрыл это от нас, так же как и свои чувства к Яре. Панго сказал, что у него даже не было возможность научить ее делиться воспоминаниями. Ничто из этого не способствует успешному выполнению нашего плана.
— Но я знаю, как делиться воспоминаниями! — воскликнула Яра.
— Яра, — сказал Трейган. — Помолчи, пожалуйста.
— Почему она должна молчать? — спросила Андреа. — Пусть говорит.
Трейган и Яра обменялись взглядами, о чем-то разговаривая, но я не знал, о чем именно. Яра засомневалась, но затем взглянула на Андреа.
— Трейган и я обменивались воспоминаниями несколько раз.
