— Во-первых, сядь по-человечески. Твои ноги не должны быть перед тобой, а не рядом, — как только я поправила свой хвост, Трейган протянул руку в воду и дотронулся до того места, где должны быть мои колени. — Все нормально?
— Думаю, да.
Он сощурился из-за яркого света позади меня. Потом наклонился вперед, то ли чтобы быть ближе ко мне, то ли чтобы использовать меня, как тень. Я не была точно уверена, почему. Он подтянул мое платье и поднял руку так, что она была в дюйме от моего бедра и верхней части хвоста.
— Кожа более чувствительная. Через пять секунд я опущу руки вниз. Хочешь чувствовать мои пальцы на своей чешуе или на коже бедер?
Я не могла ответить. От сочетания хрипоты в его голосе с мыслью о его руке на моем бедре, я не могла говорить. Он долго держал на мне свой взгляд, ожидая ответа, но в следующую секунду мой хвост превратился ноги, и слова уже были не нужны. Его теплые пальцы прижимались к моей коже.
Я так сильно хотела его поцеловать, что думала разорвусь от желания. Мои ноги выгнулись, когда он сжал мое бедро. Его рука твердо двигалась вниз к моей коленке и снова вверх. Я вдохнула теплый воздух, царивший между нами, и обвила рукой его шею, желая притянуть к себе. Вместо этого, он встоял прямо передо мной. Он провел рукой выше по бедру к моей талии, а другой зацепил мою руку, вставая со мной из воды. От этого моя юбка упала вниз.
— Теперь видишь, как все было просто? — произнес он хрипло.
Я подняла голову, чтобы посмотреть на него. Почему, ну почему, я влюбилась в парня, который может превратить меня в камень? Я наклонилась вперед и прижалась губами к его шее. Она была соленой на вкус. На секунду он хотел оттолкнуть меня, но затем крепко прижал к себе, и я поцеловала снова. Он тяжело выдохнул и прижался ко мне.
— Мгм, да, так просто, — прошептала я, спускаясь поцелуями ниже к груди.
Я провела пальцами по его волосам, но он схватил меня за руки. Он отстранился, отталкивая меня.
— Хватит, — сказал он. — Мы не можем этого сделать. Как это ни странно, но это неправильно и несправедливо по отношению к тебе.
— Почему несправедливо? Я хочу быть с тобой, Трейган. Мы можем обойтись и без поцелуев.
— Дело не в этом. У нас не будет и двух недель. День Троицы Восемнадцатилетия уже скоро. Мы не можем начать что-то, понимая, что скоро этому придет конец.
— Конец? Ты сказал, что мне не придется жить с горгонами. Ты сказал, что кто-то добровольно займет мое место.
Он прижал мою руку к своей груди. Выпрямился и встал так, что его плечи казались вдвое шире. В его глазах я могла видеть свое отражение.
— Да. И этот кто-то — я.
— Ты? — посмотрела она с изумлением. — Нет. Прошлой ночью ты сказал мне, что я не выживу в пещере, потому что русалка. Но ведь и ты тоже русал.
— Русал с генами и кровью горгоны, — объяснил я, садясь на песок.
Яра пнула песок, когда села напротив меня.
— Ты сказал, что меня выбрали, потому что я родилась человеком. Твоя мать была русалкой, а отец — горгоной. В тебе нет ничего от человека. Ты ведь не подходишь в качестве замены.
— Мой отец был горгоной, превращенной в человека. Я говорил тебе об этом. Горгона и русалка не могут быть вместе — никогда. Его физическая страсть превратила бы ее в камень. Но он любил ее, поэтому нашел способ быть с ней. Отец превратился в человека, и у них появился я, отчасти человек.
— Несмотря на то, твой отец превратился в человека, ты все же унаследовал кое-что от горгоны. Как это возможно?
— Я рассказывал тебе. Когда обращается душа, часть того, кем ты был изначально, остается с тобой. Дети наследуют эту линию крови, — даже я слышал долю стыда в своем голосе. Скрывать было нечего, я был гадким отродьем. — Не важно, как сплетено и неестественно это может быть.
Яра села рядом со мной и обвила меня руками.
— Ты был создан именно так по какой-то причине. Ничто в этом мире не происходит случайно. Как говорится в стихотворении Коралин? Красота сокрыта под завесой драмы?
— Красота? Яра, я не могу поцеловать тебя. У меня никогда не будет жены или детей, потому что, если мои эмоции будут слишком сильными, я превращу человека в камень. Я знал свою судьбу всю свою жизнь. Я убил собственную мать через две секунды, после того, как она подарила мне жизнь. Она дала ее мне, а я отнял ее жизнь. Мой отец потерял свою половинку из-за меня. Как это вообще может быть прекрасным?
Яра отвернулась.
Когда ты растешь среди морских существ, легенды становятся частью тебя. Наш вид знал мою историю. Они знали о моем отце. Многие оплакивали кончину моей матери-Фиалки. Все родители-русалки предупреждали своих детей не подходить близко ко мне. Ни одна русалка никогда не рассматривала меня в качестве своей второй половины. Но все это было для Яры новым. Если вид Кимбер не спугнул ее, то подобное откровение точно сделает это.
— Ты был ребенком, — сказала Яра мягко. — Ты не контролировал то, что чувствовал или делал. Ты должен простить себе свое прошлое. Что твой отец говорит об этом?
— Мы не общаемся с ним.
— Почему?
— Я убил его жену. Каждое мое появление напоминает ему о его потере.
